Крах мультикультурализма

<p>Дмитрий Рогозин прогнозирует резкую радикализацию политической системы Европы

ВЗГЛЯД: Дмитрий Олегович, как бы вы оценили выступление Дэвида Кэмерона, во многом повторившего ваши идеи (о невозможности построить мультикультурное общество и необходимости интеграции эмигрантов), которые вы в бытность публичным политиком пытались реализовать в России?

Дмитрий Рогозин: Это запоздалое признание того факта, о котором говорили давно, в том числе британские интеллигенты. Попытка принять в свою страну людей, которые даже не собираются признавать главные ценности страны, где они решили прописаться, рано или поздно должна была привести к тому, что гости становятся хозяевами, а хозяева – гостями. Это общеевропейская проблема, а не только российская. Мы об этом давно стали говорить. А Европа, как ни странно, только сейчас стала понимать, что совершила большую ошибку. Мне кажется, для них все это уже поздно. В Европе происходит сегрегация, то есть параллельное возникновение самых разных культур, которые не общаются друг с другом.

Существуют по-прежнему толерантность и политкорректность, которые иначе как ложью не назовешь. Люди просто пытаются не обращать внимания на вопиющий факт нарушения их гражданских прав, прав на сохранение национального достоинства. Они не вмешиваются в эти безобразия, а проходят мимо. Так выглядит толерантность по-западноевропейски. В итоге появляется стихийная массовая реакция, которая выражается в поддержке ультраправых партий, как мы видим на примере выборов в Германии и Нидерландах. Да и сами британские тори, судя по риторике Кэмерона, сильно поправели. Естественно, следующим этапом будет реакция со стороны радикалов на приход этих правых партий. Можно прогнозировать резкую радикализацию политической системы Европы, ее резкое расшатывание, развалы умеренных партий. Они потеряют свое место или будут примыкать к флангам – к своим собственным ультра. Незавидное будущее.

ВЗГЛЯД: Это означает, что внутренняя политика европейских стран резко изменится и Европа станет более закрытой для эмигрантов? Если да, то насколько серьезным будет противодействие новой тенденции?

Д. Р.: Я не думаю, что она станет закрытой. Она будет ужесточать свое внутреннее миграционное законодательство. Все это будет происходить тихой сапой. Они будут стесняться того, что будут делать. Например, сейчас Швейцария приняла решение о депортации за пределы Швейцарской Конфедерации мигрантов, совершивших преступление и отбывших свой срок. Сегодня швейцарцы не хотят принимать их и содержать на своей территории. Но тут же раздался окрик из Брюсселя со стороны господина Баррозу (глава Еврокомиссии Жозе Мануэл Баррозу – ред.), который посчитал, что таким образом Швейцарская Конфедерация грубо нарушает соглашение о едином визовом пространстве – Шенгене. Но они будут ужесточать миграционное законодательство. Среди европейцев продолжит расти ксенофобия не только в отношении выходцев из Северной Африки, Ближнего Востока и азиатских регионов, но и по отношению к Восточной Европе. Сегодня я работаю и проживаю в Брюсселе, где на улицах огромное количество выходцев из Восточной Европы: румыны и другие представители балканских и восточноевропейских стран, которые занимаются попрошайничеством, подвязываются на другие странные работы временного характера, растет криминалитет в странах Западной Европы. Это все, конечно, будет выражаться в массовом негодовании западных европейцев.

ВЗГЛЯД: Общий антиэмигрантский, охранительный настрой общественного мнения в Европе как-то скажется на отношениях России и Запада? Будут ли европейцы и структуры НАТО более настороженно относиться к нашей стране, будут ли они больше прислушиваться к лидерам некоторых восточноевропейских стран, призывающих к жесткой линии поведения в отношении Москвы?

Д. Р.: Мы попадем под общую сурдинку, и это может выражаться в том, что Евросоюз будет менее способен гибко и оперативно реагировать на наше давнишнее требование снять визовые ограничения между Россией и странами Европейского союза. То есть получается так, что они увяжут решение российского визового вопроса с решением украинского или молдавского, в итоге эти вопросы станут нерешаемыми. А просто для России пойти на какие-то поблажки и при этом оставить за скобками ряд восточноевропейских стран они вряд захотят в политическом смысле. Поэтому на наших гражданах это тоже будет сказываться. Но в целом мы сейчас говорим о новом явлении в политической ментальности западных европейцев. Они более не будут так широко принимать мигрантов к себе, и это будет приводить к бытовой и политической ксенофобии и к резкой радикализации системы принятия политических решений в Западной Европе.

ВЗГЛЯД: Насколько серьезным можем оказаться противодействие новой тенденции, о которой говорит Кэмерон?

Д. Р.: Противодействие будет, безусловно, со стороны исламских радикалов. Они воспримут речь Кэмерона как призыв к крестовому походу против исламского мира. По крайней мере уверен, что именно так это будет интерпретировано. Во-вторых, это приведет к росту антинационалистических промиграционных настроений среди левых радикалов. Социал-демократические партии, для того чтобы остаться на выборной поляне, тоже будут радикализироваться, но критикуя Кэмерона и солидаризируясь с миграционными движениями, волнениями и прочим. Это приведет к тому, что левые партии в Европе станут партиями мигрантов, а правые партии – так называемых коренных жителей Европы.

ВЗГЛЯД: Как восприняли речь Кэмерона в руководстве НАТО? С пониманием, с осуждением?

Д. Р.: Такого рода вещи, в том числе заявления лидеров стран – членов альянса, не комментируют. Это недопустимо для них по политическим соображениям. Но, конечно, это бурно обсуждается в кулуарах. Тема сохранения политико-исторического облика Европы и тема провала мультикультурного общества выходят на первый план, даже в таких организациях, как НАТО, которые просто боятся публичной дискуссии на сей счет.

ВЗГЛЯД: Можно ли сказать, что речь Кэмерона – это еще один гвоздь в гроб идеи расширения НАТО и ЕС на восток?

Д. Р.: Именно поэтому никакого расширения НАТО на восток не будет. Не потому что Россия добилась какого-то грандиозного успеха в этом вопросе. Конечно, безусловно, мы предпринимали определенные усилия, и они остановили три года тому назад очередную волну расширения. Но сейчас появились внутренние процессы, которые препятствуют расширению евроатлантических структур на восток, потому что они съели столько, что теперь у них отрыжка.

Добавить комментарий