Сетевая структура или партия?

<p>Националисты должны понять очень простую вещь: пока не создали организацию у себя в районе, не рассчитывайте на власть в округе, а тем более на власть в регионе!

От редакции Великоросс.ру: Мы републикуем полемическую статью, написанную и.о. главы ДПНИ Александром Беловым для сайта АПН и выражающую его личное мнение, с той целью, чтобы поднять вопросы дальнейшего развития русского движения в России и его оптимальной структурно-организационной формы. Приглашаем соратников и единомышленников-великороссов к дискуссии!

В последнее время я часто слышу критику в адрес централизованных организаций. Мне говорят, что они негибки и неэффективны. Мне говорят, что сегодня все решает сетевая саморегулирующая структура. Вот панацея для победоносного шествия русского национализма.

Однако при ближайшем рассмотрении вопроса оказывается, что большинство людей не имеют ни малейшего представления о сути этих организационных форм.

Начнем с сетевой организации.

В понимании большинства обывателей это такая структура, которая просто обладает некоторой сетью, т. е. имеет разветвленную сеть представительств или отделений на некоторой территории.

Иногда общественные сетевые организации ассоциируются с коммерческими организациями, работающими по так называемому принципу «сетевого маркетинга». На самом деле такая организация не является сетевой, так как по своей структуре напоминает обычную пирамиду.

Есть люди, которые разбираются более серьезно. Сетевая организация в их понимании это сообщество, у которого нет единого управляющего органа и существует множественность центров управления.

Такой способ организации якобы является наиболее эффективным в ситуации развития и деятельности в неблагоприятной среде. Например: деятельность террористических группировок, партизан, сект.

Что же является объединяющим фактором подобных сообществ? Как осуществляется выработка решений и их реализация?

Если присмотреться внимательно, то практически все сетевые организации, не имеющие единого управляющего органа, формируются на очень четко сформулированной общей идеологической базе, которая вырабатывается неким духовным авторитетом. Например: исламские террористические организации, даосские секты, последователи Лютера в средневековой Германии.

Тут следует обратить внимание, что в ситуации полного идеологического разброда у русских националистов на формирование и распространение такой общей идеологии могут уйти десятки лет.

Также необходимо понимать, что практически все так называемые сетевые организации на самом деле все же имеют единый центр управления. Это касается и Хизбаллы и Алькаиды. Иногда он может находиться вне пределов деятельности организации, например, партизанским движением на оккупированной в годы ВОВ территории руководил Центральный штаб партизанского движения в Москве. А Хизбаллой и Талибаном на первом этапе их деятельности руководили спецслужбы Ирана и Пакистана соответственно. Впоследствии структура внешнего управления была смягчена, но это произошло после становления этих организаций, когда было создано уже достаточное количество первичных ячеек, налажены каналы самофинансирования.

Для русского движения подобный подход практически не реализуем, так как нет какого-либо постоянного или хотя бы долговременно заинтересованного в появлении подобных структур крупного финансово-политического центра.

Нет и самого главного – среды для формирования подобных структур. Так называемое правое сообщество на самом деле очень незначительный сегмент в российском обществе. Он не может сравниться количеством ни с прихожанами РПЦ, ни даже с фанатами Димы Билана. Мотивация участников правого движения не имеет достаточных предпосылок для осуществления какой-либо долговременной, неблагодарной (неоплачиваемой) работы по призыву гипотетического духовного лидера, как это есть у исламистов, даосистов или советских партизан.

Неслучайно в так называемых базах данных по экстремистам в России на начало 2004 года исламские радикалы насчитывали около 15 000 человек, в то же время все остальные, включая футбольных хулиганов, скинхедов, нацболов и т. д. только 10 000.

Практика показала, что правое движение не стремится к созданию общин, а скорее является сообществом свободного времяпрепровождения по интересам. Появление отдельных высокомотивированных групп, осуществляющих совместную организацию своей жизни, наблюдается у крайне незначительной составляющей правого движа, как правило, основано на религиозных убеждениях и носит скорее характер исключения из правил, а не наоборот.

В этой ситуации говорить о едином плане действий, стратегии и тактике практически не возможно.

На повестке дня должен стоять вопрос о создании структуры, которая будет создавать среду, работать с ней, расширять ее, направлять и идеологизировать, а в случае резкого ухудшения положения в стране сохранит за собой возможность осуществления координации и управлении средой извне.

То есть речь должна идти о создании политической организации, объединенной одной идеологией, одним политическим центром, способной проводить волевые решения.

Как правило, такие политические организации называются партиями. Благодаря КПСС, Единой России, ЛДПР это понятие порядком поднадоело, вызывает определенный пессимизм и недоверие. Особенный отпечаток неудач лежит на партиях русских националистов, которые представляют из себя достаточно жалкое зрелище.

В представлении большинства националистов – партия это бюрократическое болото, далекое от народа, создаваемое сверху и без договоренности с администрацией не способное к решению поставленных задач.

Тем не менее, мы знаем выдающиеся исторические примеры, когда партии не просто влияли на политическую жизнь в стране, а воздействовали на ход мировой истории. Конечно, это РСДРП и НСДАП. Характерно, что в названии этих политических организаций присутствует слово «Рабочая». Смысл этого слова означает не только приверженность партии интересам определенного сословия, скорее это образ действия.

Чем отличается РСДРП и НСДАП от «Единой России», КПРФ или Народного союза. Именно тем, что последние являются лишь партиями на бумаге. Да, они имеют реальные списки, возможно, даже живых людей, но реального актива, реального представительства в народе у этих структур нет. У «Единой России» функцию активистов выполняют обычные чиновники, которые моментально плюнут на эту партию, как только повеет ветер политических перемен или обозначится другой центр власти. Эти люди не объединены никакой идеологией. У КПРФ имеется, пожалуй, самый реальный политический актив. Порядка 3000 человек, которые при тотальной мобилизации могут собрать до 50 тысяч активистов. Именно наличие этого актива, а не договоренности с Кремлем позволяют коммунистам иметь внушительное представительство в Государственной Думе. Однако актив партии стремительно сокращается с каждым годом в результате естественного старения членов КПРФ, а идеология партии и, самое главное, ее образ не являются привлекательными для политически активных граждан и не приводят в партию новые силы.

Большинство же патриотических партий строились на основе коалиций, не имеющих ни общей идеологии, ни единого центра управления, ни, самое важное, единого кадрового состава: управленцев и активистов. Самый успешный политический проект патриотов – блок «Родина» рухнул не из-за происков Кремля или неспособности Рогозина, он рухнул, потому что был мифом, искусно созданным пропагандистским гением Дмитрия Олеговича, мифом, который не успел воплотиться в реальность. «Родина» была создана для прохождения в парламент, собиралась на основе разных, подчас, взаимно ненавидящих друг друга бумажных структур.

Последней попыткой создания действующей партии русских националистов следует считать «Русское национальное единство». Когда на основе реальной структуры, с реальными соратниками могла быть создана полноценная партия. Провал РНЕ был связан не с имиджем организации и, конечно, не со стратегией движения. Все просто: центр оказался гниловат и в решающий момент не смог проявить волю.

Сегодня перед русским национальным движением стоит, как и 20 лет назад, та же задача: выйти из поля маргинальности и заставить власть считаться со своим мнением. «Мы должны стать силой, способной оказывать давление на власть» — звучит из уст передовых идеологов РНД. Давайте представим, что это удалось. Режим пошел на демократизацию, а это неминуемо в силу мировой конъюнктуры и естественных законов истории. Власть готова к диалогу, готова не просто слушать, а даже поделиться – допустим, 15% мест в парламенте, несколько кресел в правительстве. И что? Кто воспользуется? Где эта структура, которая будет представлять русское национальное движение, и отстаивать его интересы? Такой структуры нет!

Что делать? Создать такую структуру. По форме она должна представлять из себя централизованную политическую организацию, имеющую представительства в большинстве субъектов Российской Федерации и широкие горизонтальные связи со всем спектром русского национального движения. То есть действующая (рабочая) партия, опирающаяся на реальных активистов, объединенных по территориальному и иным принципам, использующая в работе все современные методы организации и управления.

Единственное условие – партия должна быть действующей. Никаких мифических активистов. Выполнение этого условия не представляется сложным, если каждый член партии уплачивает взносы. Нет взносов – нет и активиста. Что партия дает взамен – возможность реального влияния на власть и участия во власти.

Известно, что мы услышим из уст профессионального патриота: это невозможно и не реализуемо. Сколько уже пытались и ничего не выходит.

На самом деле, и не пытались никогда. Если сложить всю пропагандистскую литературу, всех посетителей националистических сайтов, мы увидим, что националистическая пропаганда, наше слово не дошло и до десятой части населения России.

А то, что видела эта десятая часть, содержало 75% информации дикой, не актуальной, отталкивающей и непонятной для среднего человека.

Ни одному проекту, в том числе и «Родине», не удалось привлечь значимого финансового ресурса. Меня всегда умиляло желание сделать «власть русской» без гроша в кармане. Сейчас нет ни одного националистического проекта, бюджет которого превышал бы 10 тысяч долларов в месяц. А ведь тут все взаимозависимо. Чем больше реальных членов, тем больше ресурсов удастся привлечь, — это значит агитация (направлена на немногих) наконец-то превращается в пропаганду (направлена на широкие массы). Поэтому ставка должна делаться на массовую организацию.

И тут националисты должны понять очень простую вещь: пока не создали организацию у себя в районе, не рассчитывайте на власть в округе, а тем более на власть в регионе.

Еще раз обращаю внимание, что мелкие разрозненные группировки никак не могут претендовать не только на власть в России, но даже на ее часть, даже на устойчивое влияние на 10-15% населения. Если не будет создано мощной централизованной организации с понятным внешним представительством (с кем разговаривать то), никаких послаблений, преференций не будет. Так никакая самая хорошая идея не будет реализована или будет реализована в искаженном виде.

Говорят, что в России создать партию по закону невозможно. Очень тяжело собрать 50 000 реальных членов в более чем половине субъектов РФ. Я и сам всегда говорю, что это ужасно, драконовский закон тоталитарного государства. Но как можно претендовать на власть в России или даже на ее часть и не смочь организовать 50 000 человек. Если не можем, значит, еще не доросли. Это ведь не власть в Дании, Италии и Швейцарии, это одно из крупнейших государств мира.

Поэтому призываю вас трезво взглянуть на действительность, определиться с конкретным целеполаганием и на основе здравого смысла сделать выводы о том, какая организация нам нужна.

Добавить комментарий