Система-убийца

<p>В России действует система-монстр, уничтожающая в стране все живое

Мы живем в ощущении всеобщей несправедливости, которая уже далеко перехлестнула пределы личных обид и подавляющим большинством наших соотечественников переживается как сломанная судьба. Кто-то лишился имущества, кто-то потерял родных и близких, кто-то лишился любимой работы, кто-то «невинно» лишен свободы. Источник несправедливости, как понятно почти всем, – это власть, а в системе власти, которая по идее должна нас защищать от несправедливости, – это система подавления, которая стала для людей более опасной, чем бандиты, воры и мошенники.

Что же это за явление, одним из проявлений которого является полное отсутствие законности и множество невиновных в заключении? Может быть, следователи разучились расследовать, или может быть в рядах правоохранительной и судебной системы работают умалишенные садисты, которые получают удовольствие от мучений других людей? Это верно только отчасти. В действительности мы имеем дело не с правоохранительной и судебной системами, а с единой политической системой подавления гражданских инициатив и гражданских прав.

Нам пытаются представить, будто в нашей стране есть полиция, которая следит за порядком и разбирается с мелкими бытовыми преступлениями, есть Следственный комитет, который разбирается с тяжкими преступлениями, есть прокуратура, которая следит за законностью работы тех и других, есть суд, который проводит независимое расследование и устраняет ошибки, допущенные следствием. Все эти структуры по официальной версии руководствуются, прежде всего, Конституцией РФ и Всеобщей декларацией прав человека, а потом федеральными законами и кодексами, которые должны соответствовать Конституции. И действительно декларируемое устройство правоохранительной системы соответствует тому, как должно было бы быть на самом деле. Но это только декларация, только оболочка, в которой имеется совсем иное содержание – прямо противоположное смыслу декларации. Начинка системы то и дело обнаруживается, но ее снова прячут, забивая людям голову словами о «правовом государстве», в котором, якобы, мы живем. Сама политическая система основана на этой лжи, и роль политиков заключается в том, чтобы побудить всех думать, будто все в нашей стране делается по закону, что сотрудники правоохранительной и судебной систем честные люди и стремятся к защите прав граждан от разгула преступных элементов. Поэтому граждане, мол, могут спать спокойно, о них есть кому позаботиться.

Но если в правоохранительной и судебной системах работают все такие честные и замечательные, то откуда берутся факты коррупции? Откуда всплывает информация о том, что покупаются должности, что судебные дела решаются за взятки, что в среде чиновников все куплено и продано? Только и слышно, там одного чиновника поймали на взятке, а там другого – и так каждый день. Причем, ловят не кого-нибудь: то начальник полиции попадется, то прокурор, то сотрудник комитета по борьбе с коррупцией, то судья, то следователь. Этой информации так много, что переубедить граждан в том, что это не так, уже совершенно невозможно. В чем же дело? Это дает о себе знать истинное положение вещей, которое сильно отличается от заявляемого высшими чиновниками.

В действительности декларация прав и свобод граждан России и тщательное следование основному закону Конституции РФ и международным нормам – это пустой звук. Никто из чиновников и участников правоохранительной системы не собирается выполнять эти декларации и конституционные принципы. В действительности все дела в России вершит президент и губернаторы, которых он фактически назначает.

Вы скажете, а как же выборы? Выборы – это фикция, чтобы люди продолжали думать, что живут в демократической стране. Или хотя бы могли себя обманывать и объяснять себе, почему они подчиняются системе, подавляющей их. Губернаторы – это руки президента на местах. Но, чтобы никто не догадался, что у него столько рук, есть другие структуры, которые якобы являются независимыми и следят за тем, что делают губернаторы – это прокуратура и суд. Но кто назначает прокуроров и судей? Их назначает президент, и в этом назначении принимают участие губернаторы. Например, прокуроры – это просто назначаемые единицы, и все они от самого низа до самого верха этой «назначаемой системы» знают о том, что и почему каждый прокурор делает. Что касается судей, то согласно Конституции РФ, судебная власть является независимой ветвью власти (исполнительная, законодательная и судебная), и поэтому судьи не могут кем-либо назначаться. Однако на деле судей тоже назначают. Их «корочки» подписывает президент, а назначают их губернаторы вместе с президентом. Так что судьи в нашей стране не являются независимыми, они исполнители воли губернаторов и президента.

Как же работает эта диковатая политическая машина в действительности? Губернатор имеет некоторую свободу действий в своей губернии, но обязательно должен следить за тем, чтобы население было постоянно озабочено пропитанием и кучей социальных проблем, т.е. чтобы у населения было хроническое состояние социальной депрессии. Если среди общей массы начинают выделять личности, которые успешны в бизнесе или общественной деятельности, их сразу же берут на учет и наблюдают за их действиями. Такая система учета производится через налоговые органы, банки, через полицию и ряд других структур, которые по указанию чиновников могут отравить жизнь любому активному члену общества и убить его дело. Как только предпринимателю или общественному деятелю показалось, что он успешен и ему многое удается без проблем,  ему начинают потихоньку закручивать гайки, чтобы склонить его к исполнению правил, лежащих далеко от закона, или просто переступить черту – выйти за пределы законности. И происходит это не потому, что ему не повезло и у него что-то не так с судьбой, а потому что за ним следит губернатор с президентом, и они не дадут ему развиваться сверх того, что безопасно для системы назначений и выгодно для принципа тотальной коррупции, который охватывает эту систему целиком.

Как только человек, за которым ведется наблюдение, обогащается или начинает притягивать к себе большие массы народа в силу общественно полезной деятельности, у него начинаются проблемы. Если у него есть бизнес, то к нему приходит полиция или следователь и начинают ему рассказывать, что по их подсчетам у него имеется определенная сумма денег, и он им эту сумму должен, а не то они его посадят.

Не надо думать, что это была инициатива полиции или следователя и больше никто об этом ничего не знает. Это инициатива системы назначений – так у них заведено, и об этом знают все чиновники и правоохранители сверху донизу. Об этом хорошо знают губернатор и мэр города, которые присматривают за ситуацией, а также прокурор и районный судья, которые, возможно, будут заниматься этим делом дальше. Тот, кто возьмет деньги, обязательно поделится со всей цепочкой и деньгами и закрытой информацией, а лично ему останется самая малость – только за работу и за саму возможность быть частью системы.

Если это общественная деятельность, то с ней сложнее, чем с бизнесом. Существует несколько схем, которые помогают прекратить общественно-полезные, но опасные для системы назначений инициативы. Одна из схем, которую применяют для организаций, не связанных с политикой, – это широкое объявление, что неугодная общественная организация является сектой и оболванивает людей, просто стяжая деньги и отбирая у людей имущество. При этом обязательно говорится, что общественно-полезную деятельность эта организация вела для прикрытия, чтобы было удобнее отнимать деньги и имущество у людей.

Тут образуется «политический» контекст, направленный на то, чтобы полезное для людей представить опасным. Причем опасным на государственном уровне! Для этого есть 282 и 239 статьи Уголовного Кодекса и центры «Э» или Центры противодействия экстремизму. В одной связке с ними работают  всевозможные сектоборцы и церковная бюрократия, которым тоже надо кормиться, и они с удовольствием включаются в систему, исполняя ее заказы. Особенно рьяно служат системе те, кому верующие сообщают свои тайные страхи. Они приобщаются к системе контроля и создают «благовидные» предлоги, чтобы утверждать свою монополию на духовную жизнь общества.

Если общественно-полезной деятельности не удается пришить ярлык секты, тогда прилагаются усилия, чтобы сделать ее руководителей мошенниками или подложить им что-нибудь «приятное» (патроны, наркотики, взрывчатые вещества и т.п.), или устроить какую-нибудь другую ловушку (нарушение налогового или трудового законодательства, работа без лицензии и т. п.). Кроме этого применяются различные методы физического давления. В одних регионах могут «пригласить на подработку» бандитов и вырезать целую семью, в других – просто без всяких причин арестовать и избить в отделении полиции, в третьих – похитить ребенка, в четвертых – совместными силами бандитов и полиции организовать разбойное нападение, грабеж или рейдерский захват. В общем – всюду есть «свои средства».

Самая простая история: неугодный общественный деятель может беззаботно идти по улице и вдруг его неожиданно хватают сотрудники полиции, закрывают в ИВС, бьют его, а потом также вдруг отпускают и говорят, что произошла ошибка – на кого-то этот граждан, якобы, оказался похож. Но это была не ошибка, а предупреждение. Так же, как и на массовых мероприятиях оппозиции сначала задерживают сотни людей за «неправильный переход улицы», потом берут активистов «за сопротивлении сотрудникам полиции», потом просто так – потому что лицо что-то напомнило.

Если человек не понял, что это было, и продолжает свою деятельность, тогда у системы назначений возникает необходимость устранить этого человека, раздавить его морально и психологически. Теперь включается в работу вся система: полиция – следствие – прокуратура – суд. Губернатор и президент следят за ходом дела, но делают вид, что сохраняют нейтралитет или, что они вообще не в курсе, чем там занимается следствие, прокуратура и суд. В это самое время следствие, прокуратура и суд договариваются между собой, как они будут выполнять приказ губернатора или президента. Это можно сказать церемониальный момент сговора якобы разных структур различных независимых «ветвей», но ведущую роль в этом сговоре всегда играет прокурор. Именно он определяет содержание обвинительного заключения и приговора. Следствие только подбирает или попросту фабрикует «фактуру», а суд переписывает в свое решение формулировки из обвинительного заключения. Именно поэтому в стране большинство заключенных – люди, страдающие невинно, или страдающие сверх меры совершенных ими правонарушений или не за те правонарушения, которые в действительности совершили. Именно поэтому у нас практически нет оправдательных приговоров, а сроки лишения свободы все длиннее и длиннее.

Первоначально для жертвы подбирают предлог для уголовного преследования и последующего заключения под стражу и осуждения. Затем в работу включается следствие или полиция. Способы начала процесса есть разные: подлог, провокация, фальсификация, открытое нападение и т.д. Главное – это открыть уголовное дело и заключить жертву под стражу независимо от квалификации преступления под предлогом, будто этот человек очень опасен для общества. Правда, при этом никто не уточняет, для какого именно общества так опасен невиновный общественный деятель или бизнесмен.

Когда дело попало к следователю, то, как правило, проект обвинительного заключения прокурора и проект приговора судьи уже готовы. Впоследствии эти проекты просто уточняются. Адвокаты в этой системе выполняют незавидную роль – они не могут по-настоящему защищать клиента. Сколько денег клиент не заплатит адвокату,  судья аннулирует все его усилия без всяких оснований и доводов.  Ведь судью считают независимым арбитром! На самом же деле он – прямой исполнитель заказа, полученного от лиц, охраняющих систему. И адвокат в итоге тушуется. Потому что судья в отношении слишком рьяного адвоката еще и пожалуется в адвокатскую палату, и лишат адвоката его «корочки». Поэтому адвокаты в большинстве случаев просто сговариваются с судьями и прокурорами о более лояльном приговоре и передают от клиента судье, следователю или прокурору взятки. Адвокат теперь – не знаток права, а специалист по «заносу» взяток.

Думаю, что теперь понятно по каким принципам проходит следствие, направленное на обвинение кого угодно неугодного губернатору и президенту. Понятно и то, как следит за законностью прокуратура. Понятно также, что главная задача прокуратуры в этой ситуации как можно крепче зажмуриться, чтобы не разглядеть ни одной буквы закона. Какая же роль во всем этом отводится суду? Ведь и следователь, и прокурор уверяют вас, что судебное следствие независимо и обязательно разберется и устранит все ошибки следствия! Ну, конечно же, это обман!

Судья – лицо подневольное, дальше решения прокурора двинуться не может. Ведь с другой стороны от прокурора стоит губернатор с палкой и блюдет, чтобы судья не мог повернуться ни вправо, ни влево. А там еще и президент. Поэтому судья будет выкручиваться всеми возможными способами, чтобы выполнить волю того, кто дал ему это хлебное место. Ради этого он пойдет и на подлоги, и на беспредел в судебном заседании, и на игнорирование доказательств, и на многое другое. В крайнем случае, судья притворится слепым и глухим дурачком и все-таки вынесет приговор вопреки здравому смыслу, против закона, но согласно воле губернатора. Неповиновение судьи воле губернатора грозит ему не только увольнением, но еще и кучей других неприятностей. Его могут, например, тоже посадить.

Обычно в судьи берут людей из бывших прокурорских работников, и теперь понятно почему. Во-первых, везде должны быть «свои». Во-вторых, в правоохранительной и судебной системе работает «старая добрая» стимуляция с помощью компромата. Эта система использовалась царской охранкой для того, чтобы держать в узде уголовников. Во время революции и гражданской войны эта система в расширенном виде перекочевала в нашу правоохранительную систему (и понятно из кого первоначально состояла наша правоохранительная система!). Заключается она в том, что на новоявленного сотрудника полиции или прокуратуры начинают собирать компромат за все его промахи. За время работы в правоохранительной системе компромат только на одного сотрудника собирают коробками! Этот компромат служит для него уздой. Если вдруг он начнет делать что-то неугодное, его можно посадить лет на 25. Такого человека с компроматом очень удобно иметь в качестве судьи: огласил не тот приговор – и пойдешь на нары.

Теперь становится понятно, почему и какими путями в тюрьмы и колонии попадают невиновные люди, и понятно, что это не случайность, а целенаправленная работа системы. Эта система может не различать лиц, но она хорошо различает тип человека: если человек создает живое дело (общественное или экономическое), он подлежит уничтожению вместе с этим делом. Потому что живое дело – это враг системы, оно систему отрицает.

А как же тогда борьба с коррупцией и отстаивание демократических принципов государственности? Борьба с коррупцией – это тоже политический ход, рассчитанный на запудривание мозгов преобладающей массе населения, которое хочет спокойно получать зарплату, тратить ее в торговом центре на всякую всячину, спокойно ездить на пикники и спокойно спать, утешая себя мыслью, что в государстве все в порядке. Читая сообщения о том, что на взятке поймали очередного чиновника, обычный гражданин успокаивает себя мыслью, что в государстве все в порядке и хорошие следователи и прокуроры изо всех сил борются с коррупцией. Однако, понимая подлинное устройство системы подавления прав и свобод граждан (или системы назначений), замаскированной под правоохранительную и судебную системы, становится понятно, что коррупция подразумевается уже в самой системе, и поэтому бороться с ней невозможно, если не затрагивать саму суть системы.

Вся система назначений – это огромный коррупционный механизм, который для поддержки иллюзии о демократическом правовом государстве отдает на растерзание неугодных, кто недостаточно рьяно служит системе или не слишком для нее ценен и может быть принесен в жертву ради иллюзии. Именно их и берут на взятках или вдруг раскрывают какие-нибудь страшные преступления. Только всегда умалчивают о том, что в коробке с компроматом сведения о преступлении лежали уже несколько лет, и что было давно известно о взятках или уголовщине. Давно было известно, что в отделении полиции избивают, калечат, насилуют. Давно было известно, что банда с участием полицейских чинов грабит предпринимателей. Давно известно, что прокурор – взяточник. И так далее.

Что же это за система? Это система, которая довела принцип паразитизма в человеческом обществе до абсолютного совершенства. Она не убивает общественный организм сразу или быстро. Она высасывает из него все соки, но планомерно – так, чтобы взять максимум, чтобы получить выгоду для всей «вертикали», вцепившейся в Россию мертвой хваткой.

Либо наша страна и все мы останемся жертвами системы-убицы, либо найдем в себе силы освободиться и устроить систему власти и правосудия так, как удобно нам – простым людям, живущим в России.

Добавить комментарий