БИТВА ЗА НОВОРОССИЮ. АСПЕКТЫ.Правовой аспект.

<span style=»color: #000000;»>У Киева и Москвы в равной мере отсутствуют правовые аргументы, которые могли бы обосновать войну за Новороссию. Кто не может оставаться в правовом поле, неизбежно переходит в силовое. Тем не менее, в вопросах государственной власти и суверенитета нет таких вопросов, которые не имели правовых решений. Этого не желают признавать в Кремле, поскольку уже давно разучились действовать по закону.

Легитимность власти чаще всего определяется континуитетом – связью с легендарной историей, в которой применение вопроса «по какому праву?» выглядит нелепо. В те времена никто не собирался проводить референдумов или отчитываться о нормах законов, которые лежали бы в основе права на землю и управление. Современная история, напротив, постоянно ставит перед государственной системой вопрос: «По какому праву?». И ответ на этот вопрос настолько зыбкий, что его лучше вообще не давать и уклоняться от вопроса о континуитете.

Режим Порошенко основан не на праве, а на множественных нарушениях права. Изначально то, что мы называем «Украиной», было название страны – окраинной территории. В период Российской Империи это название охватывало несколько губерний. Февральский, а затем большевистский перевороты были разрывом легитимности, поэтому все их решения не имеют под собой никакой правовой основы. Считать, что можно в этом случае ссылаться на «волю народа», означает рисковать напороться на эту «волю» в результате очередного мятежа и аннулирования всей правовой системы с учреждением какой-то новой. По этому опасному пути СССР шел весь ХХ век, а его руководство свято верило, что историческим прошлым можно пренебречь, ибо на этой земле живет уже не русский народ и другие народы прежней Империи, а советские люди, образовавшие «новую историческую общность» — советский народ. Результат нам известен: никакого советского народа, как оказалось, просто не существовало. Точно так же, не существует «россиян» и «украинцев» как обособленных наций со своим национальным самосознанием. Но политические «верхи», случайным образом, оказавшиеся у рычагов управления, полагают, что только в формировании этих «новых исторических общностях» и есть стержень их власти и обеспечение их будущего. Так же думали и коммунистические вожди. И основательно просчитались.

По правовому статусу Украина была «государством в государстве», и даже имела право на смоопределения вплоть до отделения, оформленное при Горбачеве процедурным законом, который определял как этим правом можно воспользоваться. Но в действительности это право было ложным, поскольку оно установлено мятежниками, торговавшимися в 1917 году и позднее с различными группировками, рвущими страну на части. Уступка территорий несуверенному, а союзному государству, было иллюзорным выходом из проблемы конфликта между центром и самостийниками. В последующем вопрос о ликвидации самостийщины не был поставлен, хотя и мог быть решен. Поскольку интернационализм как политическая доктрина был основой пропаганды. Что и сыграло разлагающую роль в отношении государственности, когда партийный диктат бы случайными обстоятельствами отменен в 1991 году.

В этот год состоялась суверенизация, основанная также не на правовых процедурах, а на произволе сепаратистов на «украинах» и измене в центральном аппарате управления. Хотя апрельский референдум 1991 года, проведенный в точности с законодательством, объявил от имени народа, что единому государству быть, это уже ничего не значило, поскольку вопрос о том, «как быть», доводил ситуацию до распада, когда воля народ дробилась местными референдумами и диктовалась местными сепаратистскими группировками. Вместо их ареста, Горбачев до последнего старался договориться. Пока не был вышиблен из кресла президента СССР пустяковой интригой с минимальным применением силового ресурса, который был ничтожен в сравнении с ресурсами, которыми обладал сам Горбачев.

Второй разрыв легитимности, одинаково касается и РФ, и Украины: их правовой статус ничтожен, ибо учрежден незаконно мятежниками. При этом РФ все-таки получает статус «обломка СССР», присваивая себе основную часть имущественного наследства, стирая в пыль правовое наследство в 1993 году организацией очередного мятежа Ельцина-Черномырдина против народного представительства, и имитацией референдума по поводу никем не обсужденной подложной Конституции.

Украина прошла эту стадию без нового мятежа, отложив его на время. Конечно же, Конституция Украины – также является подложной и незаконной. Но к этому добавляется еще и незаконный «третий тур» голосования в 2004 году на выборах президента. И десятилетия вспышек «майданщины», в которых пестовался грядущий переворот. Переворот 2013-2014 года еще раз очевидным разорвал легитимность – третий раз за век. И каждый раз следующие мятежники низвергали последующий режим, попирая законность.

Если даже встать на точку зрения украинских сепаратистов и представить, что референдум 1991 бы легитимным, то чем этот референдум лучше референдума, проведенного в 2014 самопровозглашенными Донецкой и Луганской республиками? Только тем, что в Конституции Украины для них не было прописано права на отделение? Но и в 1991 году референдум был проведен незаконно – без соблюдения зафиксированных в законодательстве процедур. Следовательно, если говорить о незаконности референдумов в Новороссии и Крыму, тогда референдум 1991 года незаконен в той же самой мере. Если же признавать «волю народа» там и там, то придется признать право на самоопределение любой части Украины – с тем же основанием, что и любой части СССР.

Чтобы подкрепить правовыми аргументами свою политику, следует вернуться к принципу континуитета, и здесь у Москвы есть все основания не признавать претензий Украины не только на Новороссию и Крым, но и вообще – на какую-либо суверенную территорию. Если РФ объявит себя правопреемником Российской Империи, то может в дальнейшем правовыми средствами снять весь груз ответственности за государственные перевороты, и претендовать на воссоединение не только с Украиной (как страной), но и другими частями Империи, которые выразят готовность к такому воссоединению. При этом у Новороссии появятся все основания «волю народа» обратить на волю к легитимной власти. А значит – на воссоединение с Россией (уже не «Российской Федерацией», которая никакой легитимностью не обладает, а именно с исторической Россией).

Андрей Савельев