Не идеология, а фантастическая дурь

Европейцы никогда не понимали Россию, никогда не интересовались тем, что происходит в России, а когда какой-нибудь невежда с профессорским статусом обращался к истории России, он непременно писал фантастическую глупость. А далее эта глупость распространялась досужими журналистами, пытавшимися создать иллюзию интеллектуальной оценки происходящего с Россией и в России.

Одна из подобных публикаций недавно появилась в прессе Финляндии и принадлежит перу журналист Веза Сирен (https://www.hs.fi/ulkomaat/art-2000008695943.html ). Его фантазирование имеет основу в антинаучных сочинениях профессора Йельского университета Тимоти Снайдера, написавшего несколько книг, исходящих из отождествления гитлеровского и сталинского режима и оценки современного политического режима в РФ как «фашистского». Также Снайдер дошел в своих фантазиях до того, что поставил Путина во главе неонацистских сил Европы, которые (будто бы) имеют целью разрушение Евросоюза. При всей амбициозности идеи отождествления фашизма, нацизма и коммунизма, общеизвестных различий достаточно, чтобы считать сходство отдельных черт второстепенным фактором. Сходство можно найти между любыми политическими режимами во все времена.

Пытаясь найти предтеч «путинизма», финский журналист называет таковыми Ивана Ильина и Льва Гумилева, а в идеологи Путина записывает Александра Дугина, Константина Малофеева, а также патриарха Кирилла Гундяева. К этому добавлена еще и формула министра просвещения графа Уварова, провозглашенная им в 1833 году: «Православие. Самодержавие. Народность». При этом «народность» в новой «финской» интерпретации обратилась в «национализм».

Утверждая, что Путин читал Ильина и Гумилева, журналист расписывается в том, что сам этих авторов не читал. Иначе нетрудно было бы заметить, что их концепции никоим образом не могут быть соотнесены с политическим режимом РФ. Более того, идеи обоих мыслителей идут вразрез со всем, что делалось в РФ с момента ее основания до наших дней. Совершенно нет ничего общего в воззрениях лидеров правящего в РФ режима с монархизмом и национализмом Ивана Ильина. Как и в мировоззрении Ивана Ильина и итальянского фашизма.

В развитие всех этих неумных выдумок журналист объявляет Ивана Ильина христианским фашистом – подобно отечественным недоумкам, которые, прочитав пару статей Ильина из его репортажных записок из Италии времен прихода к власти Муссолини, начинают поносить философа гнусными словами, даже и не думая о сути его учения. Занятно, что подобные безумия исходят из круга действительного идеолога путинизма – Александра Проханова. Здесь, в самом деле, русофобия замешана на эклектике из исторической фактуры Российской Империи и романтических грез о сталинизме, которые ничуть не совпадают с исторической правдой. Но «православный сталинизм», СССР 2.0 – всего лишь названия болезней, а не идеологии. Все, что осталось из идей на сегодняшний день – это лояльность к начальству вплоть до холуйства и культ безличности. Из фрагментов любой идеологии можно украсить эту идею разного рода рюшечками, что не сближает ее ни с какой идеологией.

Действительно, грезы Проханова о «пятой Империи» перекликаются с идеями все еще популярного в Финландии Мауно Койвисто (президент Финляндии в 1982—1994), написавшего книгу «Русская идея» (Venäjän idea, 2001), где он определил Россию как извечно расширяющееся государство, которому не терпится распространять православную религию и объединять славян. Да, нечто подобное существовало в Российской Империи, но ничего подобного нет даже близко в Российской Федерации, где самоуничижение и извращение русской истории приобрело невиданные масштабы. Ни при Ельцине, ни при Путине РФ не имела никаких позывов на глобальную роль, оставаясь локальной державой, неуклонно теряющей свое влияние. Размышления Койвисто о Российской Империи современная журналистика приспособила к текущим событиям, не замечая, что РФ – скорее антипод исторической России, чем ее продолжение. От Российской Империи финны получили свою землю, а от большевиков – свою независимость. Сам Койвисто, как и многие европейцы, путая времена, писал: «Согласно российскому мышлению, территория считается частью России, если ее уже один раз захватили. Таким образом, — в соответствии с их образом мысли — мы по-прежнему принадлежим им». Если советско-финскую войну еще можно объяснить чем-то подобным, то в наши времена не найти, видимо, даже малой политической группы, которая считала бы, что Финляндия должна принадлежать Российской Федерации.
Общеизвестно, что Путин несколько раз цитировал Ивана Ильина. Но его управление ни в малейшей степени не использовало идей Ильина. Нет никаких сомнений, что Путин не знакомился с работами великого русского философа, а лишь озвучивал совершенно произвольно подобранные фрагменты, вставленные в тексты его выступлений спичрайтерами. Грубая подтасовка – назвать Ильина «фашистом», а потом уже и режим Путина – «фашистским», если уж он цитирует Ильина. Этот нехитрый способ сойти с ума используют и отечественные публикаторы, которых язык не поворачивается назвать ни публицистами, ни тем более  философами. Невежды убеждают невежд, фальсифицируя практически все, что попадается им на глаза.

Вождизм, несомненно проснувшийся в Путине, ничего общего с присвоенным ему статусом «национального лидера», конечно же, не имеет. В нем нет ничего ни от настоящего лидера. Он не обладает волей, которая сплачивает политическую свиту в единую команду. Он не имеет внятного мировоззрения, которое пробуждало бы национальную мысль. Он не является оратором, способным зажигать массы. Ничего от образа вождя, который представлялся Ильину, в Путине нет. И Путин не подходит к этому образу, и этот образ не мобилизует его – просто в силу незнания трудов Ильина.
Разумеется, идеи, которыми руководствуется правящий в РФ режим, не имеют ничего общего ни с панславизмом, ни с вселенской миссией православия. Ни о каком евразийском суперэтносе (по Л.Гумилеву) этот режим не мыслит. Разве что, ссылкой на историка Гумилева пытается оправдать завоз в Россию масс инокультурных гастарбайтеров, которые, конечно же, никакой евразийской идентичностью не обладают, и никто в РФ не озабочен тем, чтобы снабдить иммигрантов какой-либо новой идентичностью. Даже если Путин иногда использует слово «пассионарность», это не значит ровным счетом ничего – термин Гумилева стал популярным, но потерял всякую связь с учением самого Гумилева. Надо отметить, что и учение-то – всего лишь догадка, а не выстроенная модель исторического процесса. Жизненная энергия этносов как будто исчерпывается – вот и все. Как и любое органическое существование, этносы конечны – они рождаются, живут и умирают. И это подтверждается историей, если подобрать в доказательство гумилевской идеи хорошо документированную фактуру. В общем, любой субъект истории обладает этим свойством – рано или поздно исчерпываться. И что из этого? Использование слова «пассионарность» никак не может означать, что в РФ тайно или явно исповедуется формирование евразийской идентичности.
В период существования СССР пытались взамен русской идентичности создать советскую идентичность, но из этого ничего не вышло. А в РФ был период, когда риторика, употребляющая слово «евразийство» применялась, но политика не имела ничего общего с учением евразийцев.

Точно так же не имеют ничего общего с евразийством ни сочинения Александра Дугина, ни очень недолго существовавшее Евразийское движение под его руководством (2005-2006). Дугинское неоевразийство означает уничтожение России, а вовсе не ее экспансию, как предполагают недобросовестные наблюдатели Запада. Русская Россия, согласно его мыслям, должна уступить место некоей евразийской нации, которая будет включать Китай, Индию и многие другие государства. Эта болезненная форма геополитического фантазирования никак не может быть привлекательной во властных кругах этих государств. Выдумка о евразийском будущем России стала пригодной для кремлевских политтехнологий только в обосновании «борьбы за миграционные потоки». Также она годилась для пустой, не имеющей ничего практичного риторики, синхронизированной с риторикой Нурсултана Назарбаева, сделавшего Казахстан вполне русофобским государством.

Дугин готовился одной из «башен» Кремля как идеолог, и поэтому получил возможность возглавить кафедру в МГУ, хотя и не сумел закончить хотя бы какой-то вуз. Но с этой ролью он не справился: как пропагандист он никуда не годился, поскольку неясное только сильнее замутнял, а ясное превращал в смутное. Вовсе не его высказывания по поводу Украины лишили его кафедры в 2014. Придворный статус не всегда означает возможности продвижения по карьерной лестнице в университете. Просто самопровозглашенный классик, объявивший сам себя автором «четвертой политической теории», не вписался ни в задачи преподавания социологических дисциплин, ни в науку, о которой всю жизнь имеет самое превратное представление. Видимо, самое масштабное достижение Дугина – это звание «фашиста» от профессора Снайдера. Два паранаучных фантазера нашли друг друга.

Еще более нелепым является домысел о том, что некая «идеология Путина» (в России еще применяют саркастическую аббревиатуру – ХПП, «хитрый план Путина») образуется из умозрений финансиста Малофеева. Здесь скорее следует обратное: запрос окружения Путина на сакрализацию его власти воплощается в неумных заявлениях придворного бизнесмена, который объявляет себя монархистом на том основании, что именно Путин в его глазах и является наследником российского Престола. Псевдомонархические позиции Малофеева были подкреплены контактами с ФСБ, но они оказались непрочными. Отставной генерал-чекист Леонид Решетников разошелся с Малофеевым, который почему-то особенно воспылал любовью к потомкам российских императоров Марии Владимировке и Георгию Михайловичу Романовым, не имеющим прав на русский Престол, но десятилетиями щедро раздающим награды российским офицерам. А также к Сталину, которого финансист стал называть «русским царем». В Кремле приняли сторону Малофеева, отобрав у Решетникова исследовательский институт РИСИ (Российский Институт Стратегических Исследований), передав его отставному главе разведки Фрадкову (который, разумеется, разведчиком никогда не был). При этом другая «башня» Кремля не позволила Малофееву забрать под себя парламентскую партию Справедливая Россия – вовсе не монархическую, а сугубо социалистическую, которую, видимо, планировалось перелицевать – захватить, подобно тому, как СР захватила партию «Родина». Зато от патриархии Малофееву досталось вице-руководство Всемирным русским народным собором (который и не всемирный, и не русский, и не народный и не собор) – одесную патриарха Кирилла Гундяева.

Идейная неопределенность разрывает даже правящую группировку. Поэтому для одних вождей этой группировки Малофеев слишком «красный» (сталинист), для других – слишком «белый» (православный). Но он близок тем, у кого «нет Путина – нет России». Малофеев в том же духе высказывается: «Путин был бы прекрасным монархом. Это он нам демонстрирует каждый день». Более того, «мы считаем, что Путин послан нам Богом». И только в этом перекошенном смысле Малофеев – монархист.
Все эти манипуляции к идеологии Кремля не имеют никакого отношения. Смесь либерализма с чекизмом не позволяет надеяться, что там образуется хоть что-то непротиворечивое и разумное. Не поможет этому и использование в политике Московской Патриархии, принявшей антихристианскую доктрину о богоустановленности вообще любой власти.

Идеологический конструкт «Русского мира» появился вовсе не из МП, как нам рассказывает финский журналист, а был своего рода мотивацией для создания движения ополченцев-добровольцев, поехавших в Донбасс и воевавших против ВСУ, а потом преданных Кремлем. Это детище Администрации Президента, кремлевских политтехнологов. Запланированное здесь предательство имело целью развязаться с «Русским миром», поскольку развитие соответствующих идей никак не могло быть совмещено с официальной и давно укоренившейся русофобией Кремля. Она выразилась в данном случае в преследовании вернувшихся в РФ добровольцев – вплоть до передачи их на муки и смерть в СБУ, а также в убийстве всех полевых командиров ополчения, ставших подлинными народными вождями.

У Кремля, у Путина нет никакой идеологии. Ни «имперских амбиций», ни «великодержавия», ни «панславизма», ни «евразийства». Нет ничего! Безумная политика указывает на безумие, поселившееся в головах путинской олигархии – как финансовой, так и чекистской (что теперь практически одно и то же). Рекрутируемые на короткий срок «идеологи» появляются и исчезают, уже никак не оживляя всем опротивевшие телевизионные ток-шоу. Во власти, сложившейся в РФ, интеллекту – даже самому мелкому и услужливому – просто нет места. Как нет места образованию, науке, культуре. Падающие социальные системы перестают выводить на публику достойных мыслителей. Все стали функционерами и карьеристами. И других не требуется. Поэтому бесполезно искать для кремлевцев предтеч и идеологов. Их просто не существует. Беспочвенность дошла до предела, и поэтому правящая группировка витает в облаках – без шансов хоть в чем-то укрепиться и получить идейную внятность.

Оставьте комментарий