Андрей Савельев
Вчера посмотрел передачу о современной поэзии. Умные люди умно говорят. Но когда читают свои стихи – лучше бы они молчали. Все это в топку.
Самые главные мысли были высказаны главредом «Нового Мира», который утверждал то, о чем я думал уже довольно давно: все виды искусства сегодня гибнут от перепроизводства. С одной стороны, выбор большой, с другой – настоящая поэзия не может пробиться, и таланты просто бросают это занятие. Главред рекомендовал стучаться во все двери, потому что никто не придет и не «откроет» тебя миру.
Да, в общем, продолжая эту мысль, даже если будешь стучаться – не откроют. Потому что поэт сам для себя читатель. Ну, может быть, еще для нескольких чудаков. Показали выступления на посиделках «любителей поэзии». И это – предельная маргинальность. Когда каждый сам по себе – это еще вполне разумные люди. Но то, что они сочиняют и что слушает пара десятков человек – просто жуткая бессмыслица (в лучшем случае).
Литературовед и преподаватель, имени которого я не запомнил, сказал, что стихи пишут те, которым нужно заработать и прославиться – это их главная установка. А вот настоящие поэты имеют совсем другие мотивы творчества. Но как раз это делает их неконкурентоспособными: они не «пробиваются». У поэтов нет социального заказа, но он есть у стихоплетов.
Один из «поэтов» совершенно верно сказал, что поэзия закончилась – просто прошла эпоха, когда это кому-то было нужно. Расширяя, можно сказать, что закончились и все прочие виды искусств – они стали слишком доступными и пошли по рукам. «Современное искусство» указывает не на творчество, а на глубочайшее вырождение.
И снова обращаемся к мысли о ценности аристократии. Именно в аристократии литература и искусство имеют тот подготовленный к творчеству контингент, который и занимается тем, что другим доступно в гораздо меньшей степени и настоятельно не рекомендовано. Другие – это читатели, зрители, слушатели. Без них никакое творчество не воплощается в настроения людей. Если же стихи пишут, картины пишут, музыку сочиняют кто попало, тогда нет публики, а за творцов выдают все более примитивных и маргинальных существ.
Руслан Чуркин
Стихи как и прозу, пишут различно устроенные личности, с разными целями и ценностями. Обычно поэта понимает и ценит сходный с ним хоть в чём-то человек, группа лиц. Писать для всех людей и времён невозможно, это будет посредственная теплохладная банальность, типа: дважды два четыре, дважды два четыре, это всем известно в целом мире. Есть конечно классики, долгоживущие по разным причинам, например в удачном современном переводе.
Даже Пушкина раскручивали два столетия, толковали, поэтому он понятен и приемлем русскому большинству, как основа их взглядов на русскую речь и поэзию. Но ничто не стоит на месте, язык и мастерство поэзии развивается, жизнеустройство и кругозор, и Пушкин становится постепенно не так популярен, эффектен, оригинален, и понятен. Да и перевести его на другой язык, другого времени, почти невозможно. Стихи — это искусство, должное соответствовать своему времени и месту.
Писать стихи по всем правилам, так чтобы получались шедевры искусства, а не высокопрофессиональные поделки выдающегося ремесленника-стихосплетателя — практически нереально. Скорее надо иметь свой формальный и смысловой язык, отличный от прочих, с нарушениями правил, а то и закостеневших смыслов. Соответственно мало понимающих и признающих. Им более проще плыть по течению в бесчисленных рукавах и ли вообще сидеть в болоте.
Как известно, большинство гениев в любых областях — было не признанно вообще, немногие признаны после смерти. Их труды или они сами, были ревностно и показательно сожжены, поборниками как традиционных ценностей и иерархии, так и нетрадиционных, а больше всего людьми сбившимися по законам стаи, у кормушек и власти. Они же и заказывают музыку и промывают мозги поколениям. Сейчас мы видим созданный по их разуму хаос, примитивизацию, атомизацию, деградацию, отрицательный отбор.
Всё становиться одинаково ценным и не ценным, все воюют против всех, булькает и варится общество-каша, давиться фарш из пластилина, из которого социоконструкторы лепят мух, котлет, големов и монстров, на заказ сильных мира сего. Зелёный свет даётся примитивному, биологически понятному, завораживающей массовой жвачке, лести сильным. Где ж тут пробиться высокому и прекрасному, честному и доброму, которое своим существованием обличает грехи мира сего.
Массовый человек, сведённый с ума, не получивший достаточного образования, находящийся в стрессе от окружающего его почти уже инфернального мира — не способен воспринимать и разворачивать в сознании прекрасные, сложные и высокие духовные смыслы, ценности, их иерархию, далёкие от его проблем насущного потребления, жажды простых решений. Его уже устраивает и мат, и фэнтэзи, и почти идеально составленный завораживающий перезвон слов, уводящий в никуда, позволяющий забыться.
Поэзия, как самостоятельная высота искусства слова — сегодня в упадке и на подъёме одновременно. Количество пишущих стихи и публикующих себя людей огромно, но скорее избыточно и слишком много посредственности. Нет возможности их внимательного прочтения и положительного критического отбора, продвижения лучших, в преобладающем хаосе отрицательного и русофобского отбора.
Стихи — это ритмизированный и благозвучный в звукописи текст, чаще небольшой и рифмованный, воздействующий на смысловую и эмоционально-чувственную сферу сознания, где в идеале — между строк мы понимаем больше, чем написано словами.
Сегодня, достаточно много людей владеют хорошим стихосложением, но каждому, чего-то да не хватает, и чаще всего — национального русского.