Анекдоты.

Просмотр 10 сообщений - с 121 по 130 (из 503 всего)
  • Автор
    Сообщения
  • #2124150
    Брат 2
    Участник

    1

    Инженер устраивается на работу, его спрашивают:
    — Фамилия, имя, отчество?
    — Иван Петрович Рабинович, — отвечает он.
    — Национальность?
    — Русский.
    — Знаете что, — говорит ему кадровик после непродолжительного раздумья, — идите-ка вы отсюда на хер. Я с такой фамилией лучше еврея возьму.

    2

    В Израиле гид показывает русским туристам достопримечательности: Подъезжают к Тель-Авиву.
    — Вот город Тель-Авив, это мы, евреи его построили.
    Едут дальше.
    — Вот великолепные апельсиновые сады. Это мы, евреи их посадили.
    Автобус едет на север.
    — А вот Мёртвое море.
    Голос из салона автобуса:
    — Ага, а зачем вы, евреи его убили?

    3

    У Рабиновича рядом с глухой русской деревней заглох мерседес, и у сотового телефона сел аккумулятор. Рабинович вышел из машины, огляделся. Рядом только кузня.
    — Слушай, милейший, — спрашивает он у кузнеца, — ты не мог бы починить мне машину?
    — Давай попробую, — отвечает тот.
    Кузнец поднял крышку капота, что-то там посмотрел, пощупал, потом стукнул где-то там молотком и говорит:
    — Заводи.
    О чудо! Двигатель завёлся.
    — Сколько я тебе должен, — спрашивает Рабинович.
    — Тысячу рублей, — отвечает кузнец.
    — Ого! – глаза у еврея полезли на лоб, — А ну-ка давай мне напиши смету.
    Кузнец долго мусолит карандаш над листком бумаги, наконец, протягивает его Рабиновичу.
    — Так-так, посмотрим, — кряхтит еврей и читает, — «Один удар молотком – 100 рублей. Знал куда ударить – 900 рублей».

    4

    Американец идёт по Торонто, вдруг видит, недалеко друг от друга сидят два нищих. У одного на груди табличка «еврей» и в баночке, что стоит перед ним на асфальте, какая-то мелочь. У другого табличка «украинец», и его баночка полна купюр. Американец долго смотрел на одного, на другого, наконец, не выдержал и говорит им:
    — Извините, но мне кажется, что вы неправильно делаете ваш бизнес. Вот вы, — обращается он к еврею, — напишите, что вы тоже украинец, и тогда денег вам будут подавать больше.
    Американец ушёл, а нищие некоторое время в недоумении смотрели друг на друга, после чего «еврей» говорит «украинцу»:
    — Нет, Исаак, как это тебе нравится? Всякая тупая сволочь тут ходит и учит нас, как собирать деньги.

    5

    Рабинович с приятелем впервые приехали в Санта-Барбару. Ну, они слышали, что это городок миллионеров и денег у них куры не клюют. И вот вышли они в субботу прогуляться по улице. Идут себе, и вдруг видят – десять долларов на тротуаре валяются. Приятель Рабиновича хочет наклониться и поднять купюру, но Рабинович его удерживает:
    — Изя, не надо, сегодня всё-таки святой день, шабат, работать нельзя и деньги поднимать нельзя. Давай мы уже завтра с утра возьмём с тобой большие мешки и соберём все эти деньги, которые у них тут валяются.

    6

    Ривка подходит на работе к Изе и говорит ему:
    — Изя, мой муж наконец-то сегодня в восемь вечера уезжает в командировку. Мне уже так не терпится встретиться. Ты приходи сразу в восемь.
    — А вдруг я зайду, а он ещё не уехал? – спрашивает Изя.
    — А ты под балконом встань и жди. Только муж уйдёт, я брошу под балкон рубль. Он звякнет об асфальт, и это будет знак, что ты уже можешь войти.
    Вечер. Восемь часов. Муж уходит. Ривка бросает рубль с балкона и ждёт. Ждёт пять минут – Изи нет. Ждёт десять – Изи нет. Прошло уже полчаса, а Изя всё не приходит. Ривка бежит на балкон и шепчет в темноту:
    — Изя, чтоб тебя, где ты там? Почему не заходишь?
    — Ривка, я здесь. Я этот рубль ищу, он куда-то закатился.
    — Изя, идиот, какой же ты жадный. Я этот рубль уже давно на ниточке назад втянула.

    7

    В Израиле объявили конкурс на лучшее предложение по экономии с призовым фондом в десять тысяч шекелей. Победил Рабинович, предложивший сократить сумму призового фонда до пяти тысяч.

    8

    В аэропорту Нью-Йорка таможенник досматривает багаж Рабиновича, вылетающего рейсом Нью-Йорк – Тель-Авив. Открывает первый громадный чемодан и видит, что он доверху набит однодолларовыми купюрами.
    — Это ещё откуда? – интересуется таможенник.
    — А это я заходил в ваши общественные туалеты, брал за яйца справляющих нужду и, приставив к яйцам нож, говорил, что отрежу их к чёртовой матери, если мне не дадут доллар на развитие Израиля, — отвечает Рабинович.
    Таможенник, посмеиваясь над еврейской шуткой, открывает второй громадный чемодан. Улыбка слетает с его лица – чемодан доверху набит отрезанными яйцами. Остекленевшими глазами он смотрит на Рабиновича в надежде получить какой-то комментарий.
    — Ну, таки попадались же и такие, кто не давал, — искренне возмущается Рабинович.

    9

    Еврей едет в вагоне Нью-Йоркского метро и вдруг замечает, что сидящий рядом с ним негр читает газету на иврите. Минуту он смотрит на негра в изумлении, а потом интересуется:
    — Слушай, милейший, а тебе что, мало быть негром?

    10

    Рабинович встречает приятеля на улице и, схватив за рукав и заливаясь хохотом, начинает рассказывать:
    — Ой, Абрам, я вчера так смеялся: я шёл мимо твоего дома и увидел, как ты абсолютно голый бегаешь за своей Розой по комнате. Твоя Роза тоже была голой. Вы оба были голые и бегали друг за другом по комнате. Вы забыли задёрнуть шторы, и я всё видел. Я смеялся как ненормальный.
    — Ты хочешь смеяться ещё больше? — спрашивает приятель Рабиновича и, получив утвердительный ответ, добавляет, — Так вот это был не я.

    11

    Мальчик Абраша звонит в квартиру друга. Дверь открывается и на пороге появляется мама друга.
    — Тётя Софа, а Шмулик выйдет погулять? – спрашивает Абраша.
    — Нет, не выйдет, — отвечает тётя Софа, — он только что сел кушать. А ты, Абраша, хочешь кушать?
    — Очень хочу, тётя Софа.
    — Ну, так ступай домой, покушай.

    12

    Звонкий детский голос с балкона в одесском дворике:
    — Изя, скорее беги домой обедать, мама уже селёдку зарезала.

    13

    Израиль. Шестидневная война. На позиции арабов катит еврейский танк. Араб в окопе отчаянно стреляет по нему из пулемёта. Танк, не отвечая огнём, продолжает приближаться. Внезапно араб прекращает стрелять и, выбравшись из окопа, встаёт во весь рост, с ненавистью глядя на танк. Танк останавливается, открываются люки и из них высовываются израильские танкисты:
    — Э, араб, ты почему такой злой, а стрелять в нас перестал?
    — Патроны кончились, — отвечает араб.
    — А ты гранаты кидай, — советуют ему евреи.
    — Нет гранат.
    — Так давай мы тебе продадим, — радуются израильтяне, — Коробка патронов – сто шекелей. Одна граната – пятьдесят.

    14

    На склад автозапчастей никак не могут взять кладовщика. Кто не придёт устраиваться на работу, как услышат о том, сколько платят, тут же разворачиваются и уходят, дескать, сами за такую зарплату работайте.
    Приходит устраиваться еврей. Ему весь этот громадный склад показали, всё рассказали и, уже не надеясь, что он согласиться, спрашивают, согласен ли он работать.
    — Да завтра же и готов выйти на работу, — довольно потирая руки, отвечает тот.
    — А вы что, даже не интересуетесь размером заработной платы? – изумляются кадровики.
    — Да вы тут ещё и зарплату платите? – в свою очередь изумляется еврей.

    15

    — Ой, какой хорошенький чернявенький мальчик, — говорит мужик на улице пятилетнему мальчишке, — А как тебя зовут?
    — Абраша, — отвечает мальчик.
    — На тебе, — удивляется мужик, — такой маленький, а уже еврей.

    16

    Чекисты стучатся к Рабиновичу:
    — Рабинович, откройте. Мы знаем, что у вас хранится пятьдесят килограммов золота.
    — Не пятьдесят, а сто двадцать, — отвечает им Рабинович из-за двери.
    — Ах, вот оно как! – радуются чекисты, — А ну-ка, давайте-ка его сюда.
    — Сара, золото моё, — кричит Рабинович вглубь квартиры, — иди сюда, к тебе пришли!

    17

    Еврейская семья отмечает отъезд в Израиль. За столом шумно и весело. Два гостя спорят о поэме Пушкина «Евгений Онегин». Один громко говорит:
    — Нет-нет, это было не до того, как Ленский прислал Онегину вызов, а после того, как Онегин убил Ленского.
    За столом воцаряется мёртвая тишина, после чего один из гостей возмущается:
    — Ничего себе, подлец какой. Ему вызов прислали, а он вместо благодарности вон чего вытворяет.

    18

    В советское время инспектор ГАИ останавливает «жигули». Откуда не возьмись, налетают корреспонденты, операторы с телекамерами, официальные лица ГАИ. Из «жигулей» вылезает водитель — старый еврей и испуганно смотрит по сторонам.
    — Поздравляем Вас, — говорят ему гаишники, — В рамках месячника «За безопасность движения», мы проехали за вами сто километров, и вы не нарушили ни одного правила движения. Вот вам цветы, вот вам премия тысяча рублей.
    Тут же подбегают корреспонденты и начинают спрашивать, что водитель сделает с денежной премией.
    — Ну, во-первых, — говорит обрадовавшийся еврей, — я куплю себе права…
    В это время просыпается жена еврея, спавшая на переднем сиденье, и начинает кричать:
    — Ой, да не слушайте вы его, он как напьётся, так вечно чушь несёт!!
    От её крика просыпается тёща, спавшая на заднем сиденье, и тоже орёт на зятя и дочь:
    — Ну что, идиоты, я вам говорила, что на ворованной машине далеко не уедешь!
    Проснувшиеся дети радуются:
    — Уррра! Мы уже в Израиле! Вот как нас встречают!

    19

    Еврей, сидя на крыше, поправляет телеантенну, а его жена на кухне готовит обед. Вдруг еврей срывается с крыши и падает. Пролетая мимо окна кухни, он кричит жене:
    — На меня обед не накрывай!
    — Падай головой вниз! – кричит ему в ответ жена, — А то штаны порвёшь!

    20

    Еврей услышал, как поёт собака его соседа Рабиновича. Он и говорит ему:
    — Ты бы отдал её кантором в синагогу.
    — Да я уже предлагал, — отвечает Рабинович, — А она мне говорит: «Я вас умоляю, хозяин, только зубным техником».

    21

    — Ну что, — интересуется приятель у Рабиновича, — ваш Мойша поступил-таки в медицинский институт на окулиста?
    — Поступил, — отвечает тот, — но не на окулиста, а на стоматолога.
    — Это почему так? Хотел же на окулиста.
    — Да пришла наша тётя Роза и вовремя напомнила, что у человека всего два глаза, но зато тридцать два зуба.

    22

    Турист приехал в Тель-Авив, и видит, что всё население города бежит куда-то в центр.
    — Послушайте, — дёргает он за рукав пробегающего мимо еврея, — куда это все бегут?
    — На открытие памятника неизвестному солдату Мойше Рабиновичу, — отвечает тот.
    — Позвольте, но как же неизвестному, если известны и его имя и его фамилия?
    — Не, дело не в этом, — говорит прохожий, — Дело в том, что Мойшу Рабиновича у нас знают все, но никому неизвестно был ли он солдатом?

    23

    Сидит Илья Муромец на коне, смотрит вдаль.
    — Что высматриваешь, Ильюшенька? – спрашивает у него подошедший еврей.
    — Да вот смотрю, где жизнь хороша, — отвечает богатырь.
    — Так ведь везде хорошо, где нас нет, — улыбается еврей.
    — Вот я и смотрю, где вас нет…

    24

    Сватают еврейку Софочку. Сваты спрашивают:
    — А что, ваша Софочка знает готовить?
    — Что вы? Что вы? – отвечает её родня, — Мы с детства берегли Софочкины золотые ручки от всякой такой работы.
    — А ваша Софочка может быть знает стирать бельё и гладить?
    — Да вы что? Софочкины золотые ручки не для такой чёрной работы.
    — Тогда может быть, Софочка знает убираться по дому?
    — Скажете тоже! Софочкины золотые ручки не для такого.
    — А что же знает тогда ваша Софочка? – удивляются сваты.
    — Наша Софочка знает еб…ться, — отвечает родня, — Еб…ться Софочка – ну просто золотые ручки.

    25

    Еврейский мальчик Боря приходит из школы и заявляет, что сегодня в школе записывали национальность учеников, и он записался русским.
    Сели обедать. Все едят икру, а Боре икру не дают, дали каши. «Ты же русский, — сказали ему, — зачем тебе икра? Русские едят кашу».
    Потом у Бори отняли его дублёнку и купили ему фуфайку. «Зачем тебе дублёнка? Ведь русские ходят в фуфайках».
    Забрали компьютер, дали балалайку – развлекайся Боря.
    Боря ходил, ходил. Думал, думал. Потом и заявляет своей родне:
    — Вот я всего полдня как русский, а как же я вас, жидов уже ненавижу.

    26

    — Почему нас, евреев во всём мире не любят? – спрашивают евреи у раввина.
    — В шабат все принесите по бутылке водки, мы все бутылки выльем в одну ёмкость, перемешаем, выпьем, и тогда я вам отвечу на этот вопрос, — говорит раввин.
    Рабинович пришёл домой и говорит, что так мол и так, нужно купить бутылку водки.
    — Ещё чего, — заявляет его жена, — Налей в бутылку воды, всё равно раввин будет всё перемешивать, и никто ничего не заметит.
    В субботу раввин поставил большую ёмкость, все вылили туда по бутылке водки, после чего раввин разлил водку по стаканам и раздал евреям: «Пейте».
    Все выпили – одна вода.
    — Вот за это нас и не любят, — сказал раввин.

    27

    У Рабиновича умерла жена. На похороны приехала вся родня. Через какое-то время смотрят, а Рабиновича нигде нет. Стали искать по всему дому. Его брат залез на чердак, и видит там такую картину: Рабинович сзади трахает свою служанку.
    — Исаак! – кричит ему брат, — У тебя такое горе! У тебя умерла жена! Ты что, не соображаешь, что делаешь?
    Рабинович оглядывается на брата и, не отрываясь от своего дела, начинает причитать:
    — Ой, у меня такое горе! У меня умерла жена! Я не соображаю, что я делаю!

    28

    Рабинович заходит домой и видит, что его жена Ривка в голом виде сидит на коленях у какого-то мужика и хохочет.
    — Знаешь что, Ривка, — говорит ей Рабинович, кипя от возмущения, — Тебе ещё сигаретку в руку и ты – вылитая бл…дь.

    29

    Восьмидесятые годы. Дом в глухой белорусской деревне. Старик со старухой сидят, едят бульбу. У ворот дома останавливается громадный мерседес. Дверь в хату открывается и в горницу вваливается здоровенный толстый еврей в добротном кожаном пальто, с золотыми часами на золотой цепочке.
    — Анна Игнатьевна и Иван Степанович Лысько здесь живут? – спрашивает еврей стариков.
    — Это мы, — отвечают опешившие дед с бабкой, — А вы кто?
    — А помните, в начале Отечественной войны вы спрятали у себя от немцев маленького мальчика, а потом, в сорок четвёртом, когда пришла Красная Армия, он от вас ушёл? – говорит еврейская детина, — Так вот это я.
    — Моня, сынок! – старики бросаются еврею на шею, — Мы тебя часто вспоминали, всё думали, где ты и как ты?
    — Погодите, погодите, — говорит еврей, — Я чего заехал-то? Я когда в сорок четвёртом от вас уходил, так забыл у вас своё пальто. За ним и заехал.

    30

    Западная граница СССР. Ночь. Лес. По-пластунски среди кустов в сторону Венгрии ползёт еврей.
    — Стой, кто идёт? – звучит голос пограничника в ночи и на лицо еврея падает луч фонаря.
    — Ша, уже никто никуда не идёт, — отвечает еврей.

    #2124151
    Брат 2
    Участник

    31

    Еврейская торговая контора. Директор окликает бухгалтера:
    — Давид Соломонович, сколько будет сто тридцать пять умножить на пятьсот?
    — Мы продаём или покупаем? – спрашивает бухгалтер.

    32

    На «Полевую почту» радиостанции «Юность» приходит письмо, в котором написано: «Дорогая радиостанция, передайте для моего сына Мойши, который служит в вашей Советской Армии, песню «Мойша, бери шинель, и уже-таки иди домой».

    33

    Рабинович звонит по телефону:
    — Алло, база? Алло, это база?
    Голос в трубке:
    — Иванов слушает.
    Рабинович искренне удивляется:
    — Это что, военная база?

    34

    Еврей в купе поезда предлагает попутчикам поиграть в отгадывание фамилий. Первым начинает один попутчик:
    — Моя фамилия – это такой маленький, серый, длинноухий, по полям скачет.
    — Зайцев! – выпаливает еврей.
    Другой говорит:
    — А я большой, бурый, по лесам хожу, ёлки валю.
    — Медведев, — отгадывает еврей, и говорит, — А моя фамилия состоит из двух слов: первое – это то, что нам обещали до революции, а второе – то, что мы получили на самом деле.
    — Между прочим, — говорит третий, — я работаю в КГБ.
    — Значит ваша фамилия Иванов! – радуется еврей.
    — Верно, — говорит третий, — А вас, гражданин Райхер, я предупреждаю, поаккуратнее с такими загадками.

    35

    Еврей встречает жену, вернувшуюся с горнолыжного курорта. Та разодета в пух и прах, вся в золоте, денег немеряно.
    — Откуда это всё? – удивляется муж.
    — Выиграла в лотерею, — отвечает жена.
    — Так, понятно, — вздыхает еврей.
    На следующий год едут в Куршавель вместе.
    Катаются на лыжах. Жена падает и сидит на снегу.
    — Сара, Сара, — кричит ей муж, — Вставай скорее, а то свой лотерейный билет застудишь.

    36

    Рабинович и Абрамович подрядились в Одесском порту покрасить пароход. Получили аванс, ходят в порт, красят. Пришла пора сдавать работу. Пришла дирекция принимать работу.
    — Что за херня творится? – спрашивают они евреев-артельщиков, — Почему пароход покрашен только с одной стороны?
    — Ничего не херня, — отвечают они, — Договор читайте, там же чёрным по белому написано «Рабинович и Абрамович с одной стороны, а Пароходство с другой…»

    37

    — Изя, — спрашивает Абрам своего приятеля, — я слышал, что ты таки вылечился от склероза?
    — Вылечился, — отвечает Изя, — Таблетки специальные пил.
    — А как эти таблетки называются? Я тоже хочу вылечиться.
    — Они называются… Как они называются? Ну, это, как цветок такой красный, у него ещё шипы есть…
    — Роза что ли?
    — Вот именно Роза, — говорит Изя и кричит жене, — Роза, как там называются эти таблетки от склероза?

    38

    Император Николай Второй идёт вдоль строя полка и вдруг обращается к одному солдату:
    — Как фамилия? – спрашивает он у служивого.
    — Иванов, — отвечает тот.
    — А скажи мне, Иванов, ты смог бы вот прямо сейчас выстрелить в меня из своей винтовки?
    — Да Вы что? – искренне удивляется служба, — Вы же Государь – отец родной. Ни в коем случае.
    Николай Второй благодарно кивает солдату и подходит к следующему:
    — Как фамилия?
    — Сидоров, — отвечает другой солдат.
    Николай Второй задаёт служивому тот же вопрос и получает такой же категорический ответ, что ни в коем случае рука солдата не поднимется на Императора.
    Николай довольный подходит к солдату, стоящему в начале строя с барабаном.
    — Как фамилия?
    — Гольдштейн! – выпаливает солдат.
    — А скажи мне, солдат, ты смог бы в меня вот прямо сейчас выстрелить?
    — Это из чего? Из барабана что ли? – искренне удивляется еврей.

    39

    В Нью-Йоркский ресторан на Брайтон-Бич заходит Семён Маркович из Одессы и просит показать ему певицу Соню. Приводят Соню, которая оказывается миловидной девушкой с длинными ногами, пышным бюстом, короче девицей в самом соку. У Семёна Марковича с ходу льются слюни при виде Сони, и он тут же предлагает ей провести с ним ночь за тысячу долларов. «Хорошие деньги», смекает Соня и соглашается.
    На второй день Семён Маркович снова приходит в ресторан и снова предлагает Соне провести с ним ночь за тысячу долларов. Соня довольная тут же соглашается. То же самое происходит и на третий день. И вот, когда Соня уже одевается в номере отеля, в котором остановился Семён Маркович, собираясь от него уходить, она его спрашивает:
    — Семён Маркович, вы такой богатый человек, что можете себе позволить провести со мной ночь за тысячу долларов. А кто вы? Откуда? Кем работаете?
    — Да я работаю часовым мастером в Одессе, а сюда приехал в гости к брату Лёве.
    — Так вы из Одессы? Ой, а я тоже из Одессы. А вы случайно не знаете тётю Розу с Молдаванки? Это моя мама.
    — Ха, мне ли не знать тётю Розу с Молдаванки, вашу маму? Кстати, это она просила передать вам эти три тысячи долларов.

    40

    Еврей приходит в партизанский отряд:
    — Дайте мне винтовку, я пойду немцев поубиваю.
    — Рабинович, — говорят ему, — идите торгуйте в свою лавку. Мы уж как-нибудь без вас управимся.
    — Так нет лавки, сволочи сожгли её. Дайте винтовку.
    — Винтовку мы вам не дадим, но вот вам листовки, идите в город и распространите среди населения, — говорит ему комиссар отряда.
    — Это поможет? – спрашивает Рабинович и, взяв листовки, удаляется.
    Неделю от него ни слуху, ни духу.
    — Ну, либо поймали и расстреляли, — сокрушаются в отряде, — либо он листовки выбросил и домой ушёл.
    Ещё через три дня Рабинович возвращается.
    — Ну что, удалось распространить? – интересуется комиссар.
    — Да уж, было трудно, но я их всё-таки все продал, — радостно заявляет Рабинович и протягивает комиссару деньги, — Здесь девяносто рублей минус десятка – мои комиссионные.

    41

    Учитель спрашивает в школе:
    — Изя, сколько будет дважды два?
    — Восемь, — отвечает Изя.
    — Сколько-сколько? – переспрашивает учитель.
    — Ну, шесть, — отвечает мальчик.
    — Так, поставлю-ка я тебе двойку, Изя, раз ты не знаешь.
    — Не надо учитель, каждый дурак знает, что дважды два будет четыре.
    — А почему ты тогда придуриваешься?
    — Я не придуриваюсь, просто папа учит меня всегда называть сумму больше, чтобы было с чего делать скидку.

    42

    Умирает старый еврей. Вся родня собралась у его кровати.
    — Жена, ты здесь? – спрашивает умирающий.
    — Здесь.
    — А дети здесь?
    — И дети здесь.
    — А дядя Хаим, тётя Роза, племянники Моше и Давид, брат Мордехай , сёстры Эсфирь и Рина тоже здесь?
    — Да не переживай ты так, — успокаивает умирающего жена, — все здесь, вся родня.
    — Ага! – подпрыгивает умирающий на кровати, — А кто же это, позвольте спросить, в лавке остался?

    43

    — Боря, — спрашивает жена мужа перед сном, — ты дверь на замок закрыл?
    — Закрыл.
    — А на второй замок закрыл?
    — И на второй закрыл.
    — И на третий?
    — И на третий.
    — А на засов закрыл?
    — И на засов закрыл.
    — И на цепочку?
    — И на цепочку.
    — А на щеколду закрыл.
    — Тьфу ты, на щеколду забыл.
    — Вот как?! – визжит жена, — Значит, приходи к нам кто хочешь, и бери что хочешь?!

    44

    Затонул круизный теплоход. Спаслись только Соломон Маркович и Синди Кроуфорд. Живут на необитаемом острове. Проходит неделя, другая. Синди Кроуфорд, невзирая на толстую жопу Соломона Марковича, его низкий рост и некрасивую внешность, всё же предлагает ему заняться с нею сексом. Соломон радостно соглашается. Так и живут месяц.
    Через месяц Соломон Маркович говорит Синди Кроуфорд:
    — Слушай, Синди, давай я тебе пририсую усы, надену на тебя ермолку, ты выпяти вперёд живот и иди мне навстречу по берегу моря, как будто мы на пляже в Одессе. А я буду идти тебе навстречу. Когда мы поравняемся, ты скажи мне «О, Соломон, привет! Как дела?».
    — Это зачем? – удивляется Синди.
    — Ну, сделай так, очень прошу.
    Синди соглашается. Вот они идут навстречу друг другу по берегу моря. У Синди усы нарисованы, шапочка на голове, живот вперёд выставлен. Поравнялись.
    — О, Соломон, привет! – кричит Синди, — Как дела?
    — Ба! Абрам Моисеевич! – в свою очередь восклицает Соломон, — Слушай, ты не поверишь. Ты знаешь, кого я уже целый месяц трахаю?

    45

    — Изя, ты что, с ума сошёл? Для чего ты купил пластинку с речью Брежнева на двадцать пятом съезде КПСС?
    — Ха, а ты пробовал её ставить не на тридцать три, а на семьдесят шесть оборотов?
    — Нет, а что получается?
    — А то и получается «Ля-ля-ля-ля-ля, чмок-чмок-чмок, кхе-кхе, ля-ля-ля-ля-ля, хлоп-хлоп-хлоп, чмок-чмок-чмок, ля-ля-ля-ля-ля». Ты не поверишь, но под это даже танцевать можно.

    46

    — Вам чего? – спрашивает ребе в синагоге у Якова и Ривки.
    — Да я вот хочу спросить, ребе, — переминается с ноги на ногу Яков, — вступать мне уже в колхоз или нет?
    — А я хочу спросить, ребе, — говорит Ривка, — мне в первую брачную ночь с мужем ложиться одетой или раздетой?
    — Эх, Ривка, — говорит ребе, — ляжешь ты одетой, ляжешь ты раздетой, всё равно муж тебя вы…бет. Кстати, вышесказанное касается и тебя, Яков.

    47

    Приезжает Абрам из командировки, заходит в спальню и видит, что в постели лежит его жена, а из-под одеяла торчат чьи-то мужские ноги.
    — Это почему мужские ноги торчат из-под нашего одеяла?! – орёт Абрам.
    — Абрам, — говорит ему жена, — это те самые ноги, благодаря которым ты имеешь трёхкомнатную квартиру, дачу, автомобиль и денежные командировки.
    — Так я и говорю, — не растерялся Абрам, — почему ноги торчат из-под одеяла? Скорее укрой ноги нашего кормильца.

    48

    Постскриптум еврейского письма:
    — Мойша, я хотел послать тебе тысячу рублей, но, к сожалению, уже заклеил конверт.

    49

    — Абрам, дай мне взаймы десять тысяч, — говорит еврей приятелю.
    — Охотно, — отвечает тот, — но у меня только пять.
    — Ну, давай пять, а ещё пять будешь мне должен.

    50

    — Ну, что, Циля, ваша дочь Хава замуж выходит?
    — Да, выходит понемножку.

    51

    В Израиле еврей из Санкт-Петербурга встречает другого еврея из Санкт-Петербурга, недавно перебравшегося в Израиль.
    — Ну, шо там, в Питере слышно? Там кто из евреев ещё остался?
    — Осталась одна. Аврора Крейсер называется.

    52

    Поезд «Москва – Одесса». Двухместное купе. В купе сидит старый еврей, ждёт отправления. Вдруг в купе заходит молодой человек, здоровается и спрашивает который час. Еврей демонстративно отворачивается от него и молчит. Так продолжается всю дорогу: на все попытки молодого человека заговорить с ним, еврей молчит и смотрит в окно.
    Подъезжают к Одессе. Еврей собирается на выход и говорит попутчику: «Прощайте».
    — Послушайте, — спрашивает молодой человек, — а почему вы всю дорогу молчали, а сейчас, в конце пути решили со мной заговорить.
    — Видите ли, молодой человек, если бы я с вами заговорил, то мы бы познакомились. Если бы мы познакомились, то, скорее всего, пошли бы вместе в ресторан. Там мы бы выпили за знакомство, разговорились бы и возможно подружились бы. И я пригласил бы вас к себе в гости. Вы бы пришли ко мне в гости и познакомились бы с моей красавицей дочерью Цилей. И вдруг Циля в вас влюбилась бы, а вы в неё. Вы бы стали встречаться и возможно поженились бы.
    — И что же в этом плохого? – спрашивает еврея молодой человек.
    — Да всё бы ничего, — отвечает тот, — вот только на х…я мне зять без часов?

    53

    У туриста в Одессе сломались часы. «Надо бы их починить» думает он и идёт искать часовую мастерскую. И вот он видит, что над дверью в одно заведение висят большие часы. Турист решает, что это часовая мастерская, заходит внутрь и просит у служащего отремонтировать часы.
    — Но это не часовая мастерская, — говорит тот.
    — А что же это? – удивляется турист.
    — Это такое специальное еврейское заведение. Здесь мы делаем обрезанье.
    — А почему же у вас над входом висят часы?
    — А что, по-вашему, мы должны были повесить над входом?

    54

    — Ну, Рабинович, — спрашивают у еврея в ОВИРе, — вы выбрали страну, в которую хотите уехать?
    — Ещё нет.
    — Сколько же можно выбирать? Вот вам глобус, поищите и определитесь, наконец.
    Рабинович долго крутит глобус так и этак, тычет пальцев то туда, то сюда. Наконец возвращает глобус и, тяжело вздохнув, спрашивает:
    — Послушайте, а нет ли у вас другого глобуса?

    55

    В Нью-Йорке на Брайтон-Бич у владельца еврейского ресторанчика работают три китайца, и все трое бегло говорят на иврите. От посетителей отбоя нет, всем интересно посмотреть на официантов-китайцев, говорящих на иврите.
    — Откуда это китайцы так на иврите-то хорошо говорят? – спрашивают как-то у хозяина ресторанчика.
    — Это я их научил, — отвечает тот, — только не говорите им, что это иврит, потому что они думают, что это английский.

    56

    Еврей рассказывает другу о своей работе в Лондоне.
    — Служу дворецким у одного лорда. Всё бы неплохо, но он стал спать с моей женой. Ну, я в отместку стал спать с его женой.
    — Ну, что же в этом плохого? По-моему всё прекрасно.
    — Какой там прекрасно? Я-то ему делаю лордов, а он мне евреев.

    57

    В одесском дворе на лавочке сидит пожилая еврейская пара. Вдруг еврейка говорит мужу:
    — Абрам, кто-то сказал сейчас слово «жид».
    — Федька, — кричит еврей в сторону играющих во дворе мальчишек, — это ты сказал «жид»?
    — Да вы что? – отвечает тот, — Вы же ко мне на крестины приходили. Чего мне вас жидами обзывать?
    — Васька, ты сказал? – спрашивает старик другого.
    — Окно разбить – это я могу, а чего мне обзываться-то? Небось, в одном дворе живём, — говорит Васька.
    — Петька, значит, ты сказал? – окликает еврей третьего.
    — Абрам, — обрывает еврея жена, — хватит цепляться к ребятам. Я думаю, это по радио сказали.

    58

    Израиль Аэропорт «Бен-Гурион». Многочисленная еврейская родня встречает столетнего дядю-миллиардера, прилетевшего из Америки. Вот он, трясясь от старости, вступил на трап самолёта.
    — Дядя Хаим… Дядя Хаим… — возбуждённо зашумели родственники.
    Дядя Хаим остановился на середине трапа, прищурив глаз, осмотрел свою многочисленную родню и, многозначительно подняв вверх указательный палец, проскрипел:
    — Нет уж, не дождётесь.

    59

    Еврея принимают в партию. Задают вопросы:
    — Были ли вы под судом или следствием?
    — Нет.
    — Есть ли у вас родственники за границей?
    — Нет.
    — Ваша национальность?
    — Таки да.

    60

    Начальник отдела кадров читает анкету сотрудницы Евдокии Исааковны Ивановой.
    — А почему у вас отчество Исааковна? Вы еврейка что ли?
    — То есть, судя по вашей логике, Исаакиевский собор – это на самом деле синагога? – отвечает та.

    #2124152
    Брат 2
    Участник

    61

    Особист интересуется у Рабиновича:
    — Рабинович, в своей анкете при приёме на работу вы писали, что у вас родственников за границей нет, а выясняется, что у вас родни пол-Израиля. Это как это так выходит?
    — А выходит просто, это они живут дома, а за границей живу как раз именно я.

    62

    Старый еврей заходит в магазин и видит объявление «Евреям докторскую колбасу не продавать». Он тут же направляется в кабинет к директору и, с удивлением хлопая глазами, обнаруживает, что директор тоже еврей. Тем не менее, он начинает на него кричать:
    — Это что за дискриминация здесь такая? Это что же за антисемитизм такой? Это почему же евреям колбасу нельзя продавать?
    — Тихо, тихо, — успокаивает его директор магазина, — Вы эту колбасу пробовали?

    63

    Богатые евреи — муж с женой — заходят в свой дом и видят как их сын, зажав в углу, трахает русскую домработницу.
    — Ты что же, паразитка, мучаешь бедного еврейского мальчика? – кричит на неё еврейская мамаша, — Лечь не можешь? Ему же неудобно.

    64

    Во время шестидневной войны встречаются в Москве два еврея.
    — Наши передавали, — говорит один, что наши вчера сбили два наших самолёта.

    65

    Объявление на дверях магазина в Тель-Авиве: «Все ушли на фронт. Будем через час».

    66

    Еврей – дворник.

    67

    Рабинович говорит приятелю:
    — Не понимаю я этих антисемитов. Ну, чего они бесятся? Посмотри, вот мы, евреи вечно мёрзнем в подвалах продовольственных баз, а русские-то греются у своих мартенов.

    68

    Еврей Моисей сказал, показав пальцем на небо: «Истина там».
    Еврей Соломон сказал, показав на голову: «Истина здесь».
    Еврей Христос сказал, показав на сердце: «Истина здесь».
    Еврей Маркс сказал, показав на живот: «Истина здесь».
    Еврей Фрейд сказал, показав на член: «Истина здесь».
    Еврей Эйнштейн выслушал всех и подвёл итог: «Всё относительно».

    69

    Два еврея идут по Лубянке и видят, как из ворот НКВД выводят верблюда. Один еврей толкает другого в бок:
    — Хаим, ты только посмотри, что чекисты с лошадью сделали!

    70

    Еврей во время шестидневной войны подходит к командиру:
    — Хочу домой.
    — Но ведь война же идёт!
    — А я хочу.
    — Ну, так вот я не могу отпустить во время войны. Ты какой-нибудь подвиг соверши, и тебе отпуск дадут. Ну, на своём танке, например, захвати арабский танк.
    Еврей хмыкнул и ушёл. Полдня где-то пропадал, и вдруг подъезжает на арабском танке:
    — Вот танк. Давайте отпуск.
    Дали. Отгулял. Вернулся в часть.
    — Слушай, — спрашивают его сослуживцы, — как это ты за полдня танк захватил?
    — Элементарно. Подъехал к арабам на своём танке и спросил у них: «Кто хочет в отпуск, давай танками меняться».

    71

    — Исаак, ты не знаешь, сколько стоит атомная бомба?
    — Я думаю, что не меньше миллиона.
    — Вот бы она в наш двор упала.

    72

    — Абрам, что несёшь? – окликает Мойша приятеля, несущего в руках трёхлитровую банку с жёлтой мутной жидкостью.
    — Несу мочу на анализ.
    — А почему так много?
    — Да что мне мочи, что ли жалко?
    Через некоторое время Мойша видит, что Абрам снова несёт ту же банку.
    — Абрам, что несёшь?
    — Мочу с анализа.
    — Так что же ты её не вылил?
    — Ха, в ней обнаружили много сахара.

    73

    Еврей с женой на рынке.
    — Сколько стоят куры? – спрашивает жена.
    — Десять рублей, — отвечает продавец.
    — Девять? – переспрашивает жена у продавца, — А почему не восемь? Абрам, у тебя есть семь рублей? Дай ему шесть.

    74
    У старого еврея спрашивают:
    — Соломон Израилевич, а скажите, зачем вам так много детей, их же у вас десять человек? Это ж сколько с ними возни? А жизнь-то проходит мимо, всё забота о детях.
    — А это чтобы было кому принести мне стакан воды, когда я буду умирать.
    И вот лежит Соломон Израилевич на смертном одре. Грустным взглядом он обводит многочисленных детей, внуков, просто племянников, внучатых племянников, зятей, невесток и, тяжело вздохнув, говорит:
    — Самое обидное, что пить почему-то совершенно не хочется.

    75

    Идут по улице два еврея. Один другому говорит:
    — Абрам, давай-ка, мы с тобой пройдём по другой улице, там впереди евреев бьют.
    — Да ведь мы же с тобой по паспорту не евреи.
    — Ага, только бьют-то не по паспорту, а по морде.

    76

    В Одессе на пляже стоят два одессита и смотрят на человека, барахтающегося в воде и кричащего «Help me! Help me!!»
    — Сёма, что такое он там кричит? – спрашивает один другого.
    — Знаешь, Изя, — отвечает тот, — я точно не знаю, но знаю, что когда вся Одесса училась плавать, этот поц учился английскому языку.

    77

    Рабинович уезжает из СССР на историческую родину. На таможне его просят открыть чемоданы и видят, что они доверху набиты портретами членов Политбюро ЦК КПСС.
    — Это вам ещё зачем? – недоумевают таможенники.
    — Таки я по приезде в Израиль собираюсь открыть там частный стрелковый тир, — отвечает Рабинович.

    78

    Хаим звонит домой:
    — Сарочка, я сегодня ночевать не пpидy, мы тyт y Абpама в пpефеpанс игpаем.
    Сара, прикрыв трубку ладонью:
    — Абрам, ты слышал, они там y тебя в преферанс играют…

    79

    Допрашивают еврея в ОБХСС:
    — Кац, вот вы живёте не по средствам. А откуда вы деньги берёте?
    — Так из тумбочки, — отвечает еврей.
    — А в тумбочку деньги как попадают?
    — Жена кладёт.
    — А у жены деньги откуда появляются?
    — Жене я деньги даю.
    — А вы их откуда берёте?
    — Да я же уже говорил, что из тумбочки.

    80

    — Сара, я-таки не пойму, ну что заставляет тебя заниматься проституцией? – спрашивает одна еврейка другую.
    — Ты знаешь, Софочка, — отвечает та, — это дело мне кажется очень даже забавным: у тебя есть что-то, ты это что-то продаёшь, а это что-то у тебя остаётся…

    81

    Беседа Моисея с Богом:
    — Боже! Десять заповедей — это так много! Может, хватит пяти?
    — Моисей! Не торгуйся!
    — А где здесь сказано «Не торгуйся»?!!

    82
    Старый еврей просыпается. В квартире тепло. Потрогал батареи — горячие, чуть не обжегся. Включил воду — чуть не ошпарился. Включил свет — горит, газ — идет. В ужасе кричит жене:
    — Сара! Пиз…ец! Коммунисты к власти вернулись!

    83

    В дверь старому еврею звонят. На пороге — соседка.
    — Соломон Лазаревич! Вы же меховщик?
    — Таки да.
    — Так зашейте вашей кошке жопу, чтобы она не срала мне под двери!

    84

    Приходит мужик в фирму устраиваться на работу.
    — Здравствуйте. Меня зовут Рабинович, вам нужна такая профессия?

    85

    Умирает Рабинович и просит жену:
    — Когда я умру, положи мне, пожалуйста, в гроб Тору.
    — Хорошо, Абрамчик.
    — Еще положи Библию и Коран.
    — Зачем?
    — На всякий случай, Розочка, на всякий случай…

    86

    — Ой, ваш Абрамчик на лицо — вылитый папа!
    — Это не страшно, был бы здоров!

    87

    — Знаете, Моня, с вашей Сарой спят все, кому ни захочется!
    — И я их понимаю! Мне тоже не хочется… А шо делать?!

    88

    Одесса. Молодой человек заходит в магазин головных уборов. Долго выбирает, и, наконец, говорит :
    — Дайте мне посмотреть вон ту кепочку.
    Старый еврей за прилавком поворачивается и дает прошенный товар, после чего отворачивается от покупателя и продолжает заниматься каким-то своим делом. Покупатель примеряет кепку, смотрится в зеркало. В это время еврей поворачивается опять к прилавку и так испуганно говорит:
    -А де етот жлоб, шо просил у меня кепочьку?
    Покупатель, охренев:
    — Так это я…
    Продавец:
    — Граф, вилитый граф, шоб я так жил!!!

    89

    — Изя, ты помнишь, как у меня болели ноги в сорок первом?
    — Абраша, шо за вопросы! Конечно, помню, ну и?
    — Купил 43-й и теперь не болят.

    90

    — Сёма, ты играешь на тромбоне?
    — Конечно.
    — Что конечно?
    — Конечно, нет, но вот папа, папа да!
    — Что да?
    — Тоже нет.

    91

    Еврей вытаскивает из моря золотую рыбку. Она на него внимательно смотрит. Спрашивает:
    — Еврей?
    — Таки да.
    — Лучше зажарь.

    92

    Еврей устроился работать во Внешторгэкспорт. Там его не очень жалуют и решают избавиться, дав невыполнимое задание. Посылают в Англию продавать «Запорожцы». Через месяц тот заключает контракт на поставку крупной партии «Запорожцев».
    Посылают в Японию. Задача — продать советские калькуляторы. Через полгода: крупный контракт на поставку в Японию калькуляторов.
    Все чешут репы и додумываются заслать его в Африку, на экватор, в дикую страну, продавать меха. Больше года — ни слуху, ни духу. Все вздохнули с облегчением — сгинул. Но тот приезжает. Загоревший и с контрактом на поставку крупной партии мехов.
    Все в шоке и начинают выпытывать, как он все это сумел провернуть?
    — В Англии все просто. Только прилетел, иду по улице, навстречу типичное еврейское лицо. Поздоровались, познакомились, поговорили. Свел с нужными людьми, вышли на своих лоббистов в Парламенте, провели законопроект… В Японии было сложнее найти еврея. Но когда нашел, познакомился, тот вывел на нужных людей, вышли на людей в Правительстве, провели закон… А в Африке проблема была не столько в том, чтобы найти еврея, сколько в том, чтобы создать Парламент и Правительство. А дальше все просто…

    93

    Встречаются в Одессе два пожилых еврея:
    — Привет,Изя! Как жизнь? Скажите,Изя,а вы еще таки трахаетесь?…
    — Да вы шо такое говорите? Давно уже нет.
    — И почему же??
    — Ну во-первых меня укачивает, а во-вторых — после меня же все равно перетрахивать надо

    94

    Еврей в кругу своей семьи рассказывает, как он воевал:
    — Залетаю это я в окоп. Смотрю, немец. Вынимаю шашку, бах его по руке и бегу дальше.
    — Постой, почему по руке, а не по голове?
    — Зачем я его буду бить по голове, если он уже был без головы?

    #2124425
    diversant186
    Участник

    Саша Сотник
    За девять дней до смерти у нашего прапора Сатановского случился день рождения. А поскольку его ненавидели все — даже комендантский черный котяра с белой надписью «КОТ» на правом боку — никто его не поздравил. Сатановский ходил трезвый и злой. Вымогал:
    — Что, порцянки, и не нальете?
    Портянки отворачивались. Сатановский щелкал каблуками. Он сделал себе подарок: набойки на сапогах. Цокал по казарме как заблудший конь. Наконец, смылся: вечерело, и надо было срочно отметить. Вернулся к полуночи и стал ломиться в комнату оркестрантов:
    — Сыграйце, суки, марш! Усем строицца! Подъем! Война пяряступила усе пороги!
    Мы не открывали. Он бился в дверь и требовал «Прощанья по-славянски». Когда устал — взмолился:
    — Хотя бы дудку дайце. Я дуну и поздравлю себя.
    Ему не дали. Тогда прапор подошел к дневальному — «дежурной тумбочке Мухаметзянову»:
    — Ты, как дух, меня уважишь?
    Тот плохо понимал.
    — Уважь, налей! — наседал Сатановский.
    Мухаметзянов понял, что без уважения ему не жить, и согласился сбегать за поллитрой. Он был хитер: знал, что водку раздобыть не удастся, а вот привести наряд с гауптвахты — запросто.
    Через полчаса Сатановского крутили, как в гестапо. Он сыпал проклятиями. Сегодня его бы осудили за разжигание межнациональной. Прапор обещал приехать домой к Мухаметзянову и сотворить с его родственниками холокост…
    Спустя девять дней он утонул. Плавал, пока не выудили. И мы ему сыграли марш. Почти — славянский. От Шопена.

    #2124460
    Серый
    Участник

    Богатые евреи — муж с женой — заходят в свой дом и видят как их сын, зажав в углу, трахает русскую домработницу.
    — Ты что же, паразитка, мучаешь бедного еврейского мальчика? – кричит на неё еврейская мамаша, — Лечь не можешь? Ему же неудобно.

    Кстати, очень правильный подход к жизни. Чужой не человек. Чужой всегда виноват. Справедливости между чужими и своими не было, нет и не будет.
    зы. А вот русская мама в аналогичной ситуации подняла бы гевалт насчет того, что девочке плохо. Может поэтому у нас все так и плохо?

    #2124820
    diversant186
    Участник

    Это стихотворение не совсем обычное. Оно о самом главном человеке в совхозе, колхозе да и в жизни. О таких писал неизвестный поэт: «Гроза царю, отец солдатам», сам еще не понимая что с победой соцеолизма появится в стране такая должность. Ему и посвящается.

    Летят облака перьевые над полем,
    Огниво рассвета над пашней горит,
    Пиликают мыши, резвясь в мукомоле,
    Село, просыпая, привет говорит.

    Хотя эти нивы до боли знакомы,
    Но беркутом встамши в несметную рань,
    Вступает, походкой идя агронома,
    Мужик не похожий на местную пьянь.

    Он был на войне — подвязался в разведке.
    Ранения, травмы и пули в висок.
    Простим ему что он проспал у соседки,
    Зато обнаружил на пашнях песок.

    В правленье придет и велит пересеять,
    Полить и еще раз вспахать, как себе.
    В комбайнах поедет веселая челядь
    Навстречу свершеньям, работе, судьбе.

    Он снова пойдет, откопает комочек,
    Понюхает нежно, персями помнет,
    Растопчет букашку, задавит цветочек,
    Подумает молча и скажет: «Помет!»

    И, вот, уже снова удобрены грядки,
    Комбайны ревут, уходя на вираж.
    Седой агроном, увидав что в порядке,
    Неспешно влечет все семейство на пляж.

    Потом, загорая, помочится в речке,
    На брег положив свой седой организм.
    В зените летят облаками овечки…
    Пока он на страже — в полях комунизм.

    — Эдвард Ножницы (младший) , 02.09.2013

    #2124821
    Брат 2
    Участник

    Кстати, очень правильный подход к жизни. Чужой не человек. Чужой всегда виноват. Справедливости между чужими и своими не было, нет и не будет.
    зы. А вот русская мама в аналогичной ситуации подняла бы гевалт насчет того, что девочке плохо. Может поэтому у нас все так и плохо?

    «Городские стены учатся строить у врагов, а не у друзей». (с)

    #2126460
    diversant186
    Участник

    Попал мужик в рай — и спрашивает у Бога – мол, а как там, в раю?
    Тот и отпускает его на пару часиков посмотреть.
    Мужик смотрит, а там житуха просто кипит: все обдолбанные, на тачках с девицами катаются, пиво, водка – рекой. Не жизнь, а просто вечный кайф.
    Возвращается он обратно, и просит Бога отправить его в ад.
    А Бог ему отвечает, что, мол, ты мужик больно праведным был на земле и грехов не имел, поэтому тебе место в раю.
    Мужик тогда и просится отпустить его на недельку на землю, мол – все исправлю.
    Бог соглашается.
    Мужик, попав на землю, начинает полный беспредел: пьянки, гулянки, оргии, насилует всех подряд.
    В последний день идет мимо храма – и там ему под руку попадается старенькая бабка лет 90. Он и ее отъимел по полной программе. На всякий случай.
    Теряет сознание, приходит в себя – опять в раю!!!
    Он к Богу… Спрашивает – чё, мол, за фигня?
    А тот ему говорит:
    — Да, грехов ты натворил немало, на три жизни в аду хватит… Но помнишь – ты под конец бабку отъимел? Так вот, не поверишь – ОТМОЛИЛА!

    #2128645
    diversant186
    Участник

    — Девочка, а ты не боишься так поздно одна возвращаться домой?
    — Еще как боюсь. Вдруг кто-нибудь остановит, а я сегодня без паспорта, и даже без разрешения на оружие.

    #2128660
    diversant186
    Участник

    О большой и чистой…

    Всхлипывает Олечка, повторяя снова:
    Почему фамилия у меня — Говнова?!!

    В школе все смеются и зовут — Говно,
    Неужели, мама, тебе всё равно?

    Сердцу не прикажешь — тихо молвит мать:
    Пусть себе смеются. С дураков — что взять?

    Не было в деревне краше молодца —
    Вот и полюбила твоего отца.

    Свататься пришёл он, с ним его родня.
    Говорит: Какашкина, выйдешь за меня?

    Поселились в домике, прямо у реки.
    Жили душа в душу, словно голубки.

    Был он очень нежный. Милый и родной.
    По весне утоп он в яме выгребной…

    Там он и остался. Затянуло вглубь.
    Так вот получилось, уж не обессудь.

    С ним и утонули все мои мечты.
    Но осталась радость. Это дочка — ты.

    Оля успокоилась и обняла мать:
    Мы с тобой — Говновы! Нам на всех насрать!

    — птичко Феникс , 2013

Просмотр 10 сообщений - с 121 по 130 (из 503 всего)
  • Для ответа в этой теме необходимо авторизоваться.